Ноам Федерман

Знай свои права


Перевод Гиллеля Бродского


Хранящий свой рот и свой язык – хранит себя от многих бед
(Мишлей 21:23)

Предисловие переводчика

Я позволю себе добавить несколько слов о том, что очевидно для людей того круга, для которого эта книга первоначально предназначалась, но может быть менее понятно для некоторых русскоязычных читателей. Перед вами не учебник для профессиональных преступников, которые, очевидно, умеют водить за нос полицию и без нашей помощи.
Эта книга была в первую очередь написана для представителей правого лагеря, и вот по какой причине. Находящиеся в настоящее время у власти круги цинично используют полицию и другие силовые структуры для борьбы со своими политическими противниками. Для этой же цели используются и контролируемые государством средства массовой информации.  Поэтому от полицейских, которые являются жертвами как промывки мозгов, так и давления сверху, поселенцам и представителям правого лагеря не всегда приходится ожидать справедливости.
Например, представьте себе, что на вас напал арабский террорист с ножом, вам удалось защититься, отобрать нож приемом самбо и сдать нападающего полиции. Араб, естественно, не признается, что он имел своей целью вооруженное нападение – он скажет, что достал нож почистить яблоко, и вдруг на него напал злой еврей. Может получиться, что арабу сразу поверят и отпустят с извинениями, а вам попытаются инкриминировать хулиганское нападение и сразу пообещают посадить в следственный изолятор и держать там "пока не сознаетесь".
В качестве некоторого оправдания полиции следует заметить, что большинство израильских полицейских – люди до крайности малообразованные, даже большинство следователей не имеют академического образования, и они могут поступать так или иначе не со зла, а просто от незнания. Например, один следователь, который в свое время меня допрашивал, с первых же минут заявил мне, что я виновен и моя вина уже доказана, и был искренне удивлен, когда я заявил, что признавать меня виновным – это прерогатива не его, а суда. 
Знание своих законных прав – это элементарное право любого гражданина, и каждый гражданин имеет право использовать свои законные права в своих интересах.
Надеемся, что вскоре в Земле Израиля возникнет подлинно еврейское государство, построенное на законах настоящей справедливости, после чего эта книга будет иметь только историческую ценность.

 

Введение (др. Иегошуа Сокол)

Согласно традиционному еврейскому законодательству, признание подследственного не засчитывается и не принимается во внимание. В законодательствах, принятых в наше время у большинства народов мира, это не так, и признание обвиняемого принимается просто как одно из свидетельств. В нынешнем же государстве Израиль принята крайняя противоположность и воплощен в жизнь подход Средних веков, который служил в основе работы инквизиции и в новое время был возрожден Вышинским, Государственным Прокурором СССР времен сталинского террора. Согласно этому подходу, признание – "царица доказательств", и признание обвиняемого на любой стадии следствия или судебного процесса – достаточная причина для обвинительного приговора. После него уже не ищут никаких дополнительных улик и не принимают во внимание никакие аргументы защиты, даже если обвиняемый приводит доказательства того, что признание было у него выбито с помощью пыток.

Предисловие автора

В эти дни, когда евреи гибнут в войне за свою страну, а правительство не выполняет своих обязанностей по обеспечению мира и безопасности, нередки случаи, когда гражданину приходится самому себя защищать, что приводит его к столкновению с представителями "закона". Человек попадает в полицейский участок, где ему не объясняют его прав, и нередко он частично под давлением, частично по наивности признается в деяниях, которых не совершал, дает против своих товарищей показания, которые приводят к их аресту, возбуждению уголовных дел и, в конечном счете – к тюремному заключению.
Люди, не знающие своих законных прав, в последнее время причинили себе много неприятностей, которых могли избежать, если бы перед ними была эта брошюра.
Брошюра написана простым языком, без лишних юридических подробностей. Из нее читатель узнает:
- каковы его права с того момента, как он попадает в полицейский участок
- как на практике выполняются законы, и что за этим стоит
- что и как отвечать следователю – и что не отвечать
Брошюра также содержит многочисленные примеры из практики, к чему тот или иной поступок подозреваемого может привести. Она, естественно, не охватывает все, что реально может произойти на практике, но она освящает все самые существенные моменты.
Также брошюра не может заменить живого человеческого совета. Человек, который запутался и у него есть возможность посоветоваться по поводу своего конкретного случая – пусть сделает это без стеснения, и люди с опытом помогут ему подобрать правильную линию поведения.
Знайте, что прокуратура и полиция ставят себе целью сломать человека, когда перед ними представитель правого лагеря, и воюют против него всеми доступными средствами. Поэтому правильный ответ на любую провокацию – это часть нашей борьбы за землю Израиля.
Пусть эта брошюра поможет избежать многих неприятностей любящим Всевышнего, Его народ и Его землю.

 

Вызов на следствие

Многие в эти дни получают документ под названием "вызов к следователю". Как правило, полицейские приходят на дом к подозреваемому, стучатся в дверь и вручают домашним повестку. В повестке написано, что подозреваемому следует явиться к такому-то полицейскому чину в такой-то день (как правило, на следующий же день, или через 1-2 дня).
Как правило, получив такой документ, человек, даже не задумываясь, спешит явиться в назначенный день. Но обязательно ли это? Обязан ли действительно человек приходить тогда, когда это удобно следователю, если, например, из-за этого он теряет целый рабочий день? Как ни странно – нет!
Обязан ли человек прийти, если он получил приглашение на свадьбу? То же самое можно сказать и про повестку.
Как правило, если человек не явится на следствие, просто через некоторое время приедут полицейские и привезут ему новую повестку, на другой день. Если же подозреваемый не придет и на второй, и на третий раз, полиция обратится в суд за получением санкции на задержание в целях следствия, и с получением оной полицейские приедут уже с целью задержания согласно условиям, указанным в санкции.

Какая же польза может быть от неявки?
Пользы могут быть две.
Во-первых, по мере откладывания начала следствия от происшествия картина случившегося естественным образом постепенно смазывается и воспоминания свидетелей ослабевают. Иногда это может быть полезно.
Во-вторых, иногда бывает важно сразу показать, что от человека нельзя добиться чего угодно. Следует знать, что для полиции не всегда так просто прибегнуть к силе – например, потому что это связано с большими денежными затратами. Поэтому очень может быть, что прежде чем прибегнуть к аресту, следователь постарается достичь компромисса с подозреваемым.
В любом случае, даже когда человек был задержан с целью следствия, по окончании следствия он будет отпущен на тех же условиях, на которых он был бы отпущен, если бы явился в первый же раз по собственной воле.
Подчеркнем еще раз – все вышесказанное основано на многочисленном опыте и относится только к вызову на следствие. Если полиция хочет задержать человека по подозрению, которое кажется ей важным, она не будет тратить время на вызовы, а сразу постарается арестовать его как можно скорее.

Какой может быть еще вариант поведения
Можно просто обратиться к следователю и сказать, что такая дата для подследственного неудобна, и попросить отложить следствие на другой день.
Как правило, любая отсрочка – на пользу подследственному.

 
Вызов по телефону
Следует знать, что если вам звонят по телефону, представляются полицейским и говорят, что вам следует явиться в такой-то день в такое-то место – речь вполне может идти о розыгрыше или даже попытке похищения террористами. Как только вы получаете такой звонок – немедленно бросайте трубку. Если все-таки вы начали разговаривать и пришли к выводу, что речь идет о настоящем полицейском – требуйте прислать письменную повестку по почте.

 
Место проведения следствия
Иногда человека вызывают в место, очень далекое от его места жительства. Например, жителя Самарии вызывают в Иерусалим. Понятно, что в этом случае речь идет о явном издевательстве, а в периоды усиления терактов – и об опасности для жизни. Не стесняйтесь, категорически требуйте удобного для вас места проведения следствия.

Вызов "для выяснений"
Вызов "для выяснений", в отличие от вызова на следствие, как правило, означает встречу с сотрудниками Шабака (службы безопасности) или полицейской разведки (это подразделение полиции, у которого не было точного аналога в российской милиции, занимающееся внедрением агентов в криминальные структуры, вербовкой провокаторов и т.д. – прим. п.). Шабак постоянно пытается вербовать агентов среди сторонников правого лагеря и поселенцев. Наиболее распространенный для этого метод – это "вызов для выяснений", цель которого – выяснить, до какой степени подходит человек на роль "сексота".
Другой целью может быть запугивание. Если полицейским кажется, что данный активист становится слишком активным, они вызывают его и говорят, что он "стоит на краю пропасти" и что он рискует провести остаток своих дней за решеткой. Это точный аналог "дружеских бесед", которые проводил советский КГБ, их цель – попугать, и только.
Лучше всего сразу категорически и однозначно отказаться от любых попыток "вызова для выяснений".
Если все же вы пришли и столкнулись с попыткой вербовки, заявите, что вы не заинтересованы продолжать разговор и не намерены встречаться больше. Если на вас пытаются оказать давление, самый лучший способ, как выйти из ситуации – это рассказать товарищам и предупредить шабакников, что на следующую встречу вы приведете с собой друга. Вся сила Шабака в том, что его деятельность окутана тайной. Как только тьма вокруг него рассеивается – он теряет всю силу. Если случай сложный – лучше посоветоваться с опытным человеком.

 
Полиция у вас дома
Когда к вам домой приходит полицейский, прежде всего следует выяснить, какой документ к него на руках – вызов к следователю, ордер на арест, ордер на обыск и т.д.
Эта проверка очень важна, потому что не всегда полиция имеет право войти в дом. Если полицейские пришли просто с вызовом к следователю, вы имеете полное право просто захлопнуть дверь у них перед носом. Также можно сказать – "его нет дома, до свиданья!". Вы не обязаны быть вежливыми с теми, кто ищет вам зла.
Если у полицейских ордер на арест, то, как правило, не пустить домой их можно только позвав соседей и спровоцировав беспорядки. В любом случае полезно звать на помощь – кто знает, чего ожидать от полицейских. (Известны случаи, когда полицейские, врываясь в дом, избивали людей, ломали вещи и т. д. Если у вас нет свидетелей, вы совершенно беззащитны. Прим. п.)
Если у полицейских ордер только на арест, им нельзя конфисковывать вещи. Только с ордером на обыск, подписанным судьей, им можно это делать. В этом случае следует проверить, что именно разрешил судья забрать. Обыск можно проводить только в присутствии двух свидетелей, которые стоят рядом и проверяют, соответствуют ли действия полицейских закону. Имели место случаи, когда полицейские "обнаруживали" улики, коих отродясь не было в доме.
Если были забраны вещи, через некоторое время их можно потребовать назад. Известны многочисленные случаи, когда оружие, забранное на баллистическую экспертизу, не возвращалось владельцам. Поэтому на судебном процессе, если оружие использовалось как вещественная улика, нужно просить у судьи приказа полиции вернуть вещь владельцам.

 
Арест
Когда человек попадает к следователю, заполняется бланк под названием "задержание/арест", т.е. полиция решила задержать или арестовать его. В него заносятся личные данные задержанного и причины его задержания. По окончании заполнения задержанного просят расписаться, и вот тут обратите внимание: в стандартном бланке значится такая фраза: "при личном обыске не было ничего найдено, ничего забрано и не был причинен никакой ущерб". Естественно, не во всяком случае эта фраза будет соответствовать истине. Бывают случаи, когда у задержанных отбирают личные вещи, их избивают во время ареста и т.д. Подпись на бланке лишит вас возможности в будущем предъявлять какие бы то ни было претензии. Если у вас забрали вещи, важен их список – все ли в нем отмечено.
Кроме этого, в бланке просится указать реакцию подозреваемого на его задержание/арест. С ней надо быть осторожным, чтобы ее не использовали в будущем. Лучше всего лаконично указать: "я ничего не сделал", или: "я ничего не нарушил".
 

Следствие начинается

Не всегда следствие начинается сразу с официального допроса. Следствие может начаться с предварительной беседы со следователем (или следователями). Это общая беседа, в которой следователь просит подозреваемого устно высказать свое мнение о происшедшем. Цель беседы – попытаться сломать подследственного еще до того, как тот начнет письменно оформлять свою версию.
Следователь в ходе этой беседы не записывает ответы подследственного, но следует знать, что по окончании следователь может записать "памятку", в которой он в общих чертах записывает ход беседы, вопросы и ответы. Это, впрочем, происходит не всегда, и часто судьи выражают недовольство тем, что ход этой беседы не был подробно записан.
Значимость такой беседы, в которой следователь не предупреждает, что ответы подследственного могут быть использованы против него -  невелика. Суды часто отметают даже полные признания, сделанные на этой стадии – из-за того, что подозреваемые не были предупреждены как следует. Но это не общее правило. Надо быть осторожным с самого начала следствия и выбирать каждое слово.

 
Официальный допрос
Прежде всего следует выяснить, какой бланк заполняет следователь: "показания" или "признания". (На иврите оба этих слова звучат одинаково – "одаа", но пишутся по разному: "показания" через "аин", а "признания" - через "алеф". Прим. п.).
"Показания" – это свидетельские показания, не обязательно самого подозреваемого, а просто, например, человека, который был свидетелем событий.
"Признания" – это выражение точки зрения подозреваемого (это слово используется, даже когда подозреваемый не признается в преступлении). Когда оформляется "признание", следователь обязан разъяснить допрашиваемому, что начиная с этого момента каждое его слово может быть использовано против него. При "показаниях" это необязательно. Но надо помнить, что суды часто занимают "облегчающую" позицию по отношению к полиции и даже показания, снятые в качестве свидетельских, принимаются против человека как его признания. Но вес свидетельских показаний все-таки меньше, чем признания, сделанные после предупреждения.
Перед оформлением "признания" следователь записывает личные данные подозреваемого: имя, теудат-зеут, адрес, телефон, адрес работы, адрес родителей. Эти данные предназначены для того, чтобы помочь найти подследственного в будущем в случае необходимости. Подследственный может попросить не записывать часть данных, например его адрес и телефон, если он может привести этому "разумные причины". Какие причины могут быть расценены как "разумные"? Например, человек не хочет, чтобы его нашли другие люди на предмет гражданских исков.
Перед оформлением "признания" следователь обязан сообщить подозреваемому, в чем именно он подозревается и какие преступления вменяются ему в вину. Подозрение должно быть конкретным, а не общим. Например, следователь не имеет права просто сказать: "вы подозреваетесь в участии в беспорядках", он должен разъяснить, в каких беспорядках, о каких именно событиях идет речь.
В свете "обвинения" следователь обязан сообщить подследственному, что тот имеет право отвечать только если он этого хочет, но его отказ от ответов может быть расценен как косвенная улика против него.
После этой формальной части следователь должен записать свое имя и свой личный номер и попросить подозреваемого ответить, понял ли он, в чем подозрение против него. Подозреваемый, который не понял, может попросить разъяснить, в чем суть подозрения. Подпись или отказ от подписи подследственного ничего не меняют, если только подследственный не объяснил письменно, почему он отказывается подписывать, например: "следователь отказался объяснить мне, в чем меня подозревают, вследствие чего я отказываюсь подписывать, что понял, в чем меня подозревают".
После всех этих формальностей начинается запись версии подследственного. Начиная с этого момента все, что он скажет и что будет записано с его слов, будет его признанием, за которое ему рано или поздно придется держать ответ.
Следует знать, что, несмотря на распространенные анекдоты про полицейских, следователь опытнее подследственного. Он уже проводил допросы многих людей, кроме того, он держит в руках папку с материалами "дела", он хорошо выучил ее содержимое  и знает, что там есть и чего там нет. Подозреваемый, который изложил свою версию, должен будет ее придерживаться, но прежде чем ее излагать, ему стоит помнить, что он не знает, что уже известно полиции. Например, не раз бывало, что человек согласовал свое алиби с другим, и не знает, что тот другой уже "сломался" и рассказал о согласованном алиби следователю.
Примеров, когда подследственный не знает, что уже известно следователю, очень много. Поэтому прежде, чем открыть рот, стоит хорошо подумать, стоит ли вообще излагать свою версию – в будущем она может повредить вам, даже если сначала кажется полезной.
Не раз случалось, что подследственному обещают, что как только он изложит свою версию, его сразу же отпустят. Его действительно отпускают, а через некоторое время против него выдвигают обвинительное заключение, и он оказывается за решеткой. Лучше провести 1-2 дня или даже 1-2 недели в следственном изоляторе, чем два года в тюремной камере.
Как уже было сказано, отказ подследственного от ответов может быть расценен как косвенная улика против него. Поэтому, может быть, стоит сказать вкратце что-нибудь, чтобы избежать обвинения в отказе от ответов, не излагая подробной позиции, которой потом придется придерживаться. Например, можно ограничится следующим заявлением: "я не нарушал закон, и так как это следствие имеет целью политическое преследование, мне нечего больше добавить". С одной стороны, подозреваемый не признается и отвечает по сути вопроса, с другой стороны, он не изложил версии, которую потом можно было бы опровергнуть.
Если подследственный не уверен даже в предварительной версии, лучше не сказать вообще ничего, чем сказать то, что может потом ему навредить.
Исключение представляет собой утверждение об имеющемся алиби. Если у подозреваемого есть твердое алиби, о нем нужно сказать как можно скорее. Человеку, который заявил о своем алиби не сразу, скорее всего суд не поверит – ведь если бы оно было настоящим, а не подстроенным, рассуждают судьи, у человека не было бы причин скрывать его до поры до времени.
Важно знать: даже если человека схватили "на горячем", прямо на месте "преступления", это еще не конец света, и нет причины сразу "колоться". Нередки случаи, когда людей отпускали или оправдывали просто из-за ошибки полицейских, поэтому в таком случае лучше всего вообще ничего не говорить. Бывало также много случаев, когда, "расколовшись" по горячим следам, человек также признавался в аналогичных поступках в прошлом. Естественно, ничего хорошего это ему не приносило. Даже если вы решили признаться в том, что вам инкриминируют, это еще не причина признаваться в том, что вам не инкриминируют.
Подследственный, который все-таки решил сотрудничать со следствием и излагать свое видение событий, хотя это в высшей степени не рекомендуется, должен десять раз подумать перед ответом на каждый вопрос. Это элементарное право, и следователь не имеет права заставлять подследственного отвечать не подумав.
По окончании следствия следователь попросит подследственного расписаться в правильности показаний. Отказ от подписи ничего не изменяет, если только подследственный не давал показания под пыткой или под давлением, или следователь записал в качестве ваших показаний то, что вы не говорили, и отказывается это удалить. В таком случае вы имеете право потребовать от следователя, чтобы он указал в протоколе допроса, что ваш отказ от подписи вызван из-за запрещенных действий следователя. 

 
Решение, что делать с подозреваемым
По окончании допроса следователь, сообразно с решением уполномоченного офицера следственного отдела, сообщает подозреваемому, что решено с ним делать дальше: взять под стражу на основании имеющихся данных, выпустить под залог или совсем отпустить.
Следователь не обязан сообщать подозреваемому, что решено с ним делать, сразу – у него может занять время консультация с начальством, или он может просто захотеть потрепать человеку нервы. В эти минуты подозреваемому особенно важно сохранять хладнокровие и не выказывать ни малейших признаков волнения, малодушия и готовности сдаться.
Часто, когда подозреваемый так и не признался, следователь применяет известный трюк: он говорит вам, что как результат вашего упорства вся процедура затягивается и вам придется еще долго сидеть в следственном изоляторе. Как уже было сказано, в эти критические минуты человеку особенно важно взять себя в руки и отвечать хладнокровно, не выказывая желания быть отпущенным любой ценой. Следует ответить спокойно и с твердой уверенностью, что если для того, чтобы доказать свою невиновность, вам придется сидеть, то вас это не пугает, и вы будете говорить правду, пока она не будет доказана.

 
Освобождение под залог  
В этом случае следователь попросит вас написать расписку об освобождении под залог. Следователь также может попросить ручательство другого человека, для чего вам будет позволено позвонить одному из своих родственников или товарищей и предупредить, что к ним придут за их подписью на соответствующем бланке.
Цель освобождения под залог, как правило – обеспечить явку на следующий допрос или на суд. И тут надо обратить внимание, на какие именно условия обязуются выполнять подследственный и его гарант – среди них может оказаться нечто для вас совершенно невыполнимое, например не находиться в определенном районе или не вступать в контакт с неким человеком, проходящим по тому же делу. Стоит хорошенько подумать, соглашаться ли на такие условия. Были люди, которые соглашались на домашний арест и в результате теряли работу. (Следователи, да и судьи в Израиле не спешат – от допроса до допроса или от следствия до суда могут проходить месяцы, а порой и годы, а "меру пресечения" вам могут так и не поменять – прим. п.)
Если вы не согласитесь на условия, вас доставят к судье, который проверит, оправданы ли они, и решит, можно ли их сократить или отменить. Это лишняя нервотрепка подозреваемому, но и лишняя нервотрепка следователю.
Может статься, что следователь захочет вас сфотографировать или взять ваши отпечатки пальцев. И тут не на все надо соглашаться. В последнее время этот вопрос не раз обсуждался в иерусалимском мировом суде, и решено было, что не во всяком случае подследственный обязан соглашаться на это. Кроме всего прочего суд решил, что фотографирование унижает человеческое достоинство, что противоречит Основному закону. По поводу отпечатков пальцев было решено, что давать их нужно только тогда, когда это необходимо в интересах следствия, а не просто потому, что полиции так захотелось. Эти решения утвердили судьи Моше Рвид и Цви Сегель из иерусалимского областного суда.
То же самое относится к экспертизе на следы пороховых газов на руках и одежде.
"Интересы следствия" означают следующее: человек подозревается в деянии, совершение которого обычно сопровождается оставлением отпечатков пальцев. Примером могут быть квартирная кража, угон автомобиля и т.д. В таком случае, чтобы найти злоумышленника, полиция сравнивает отпечатки пальцев подозреваемого со снятыми на месте происшествия. В этом есть смысл. Но зачем могут понадобиться отпечатки пальцев при аресте за несанкционированную демонстрацию?!

 

Предварительное заключение

Если подследственного решено арестовать, его отводят к офицеру полиции на "беседу". К ее проведению обязывает новый закон о порядке предварительных заключений, и предполагается, что в ее ходе офицер полиции объясняет человеку, почему его решено арестовать, и предоставляет тому возможность попробовать убедить офицера, что его арестовывать не надо. Все это имело бы смысл, если у офицера могли бы быть какие-то дополнительные соображения. На практике все это превратилось в пустую формальность, в ходе которой офицер сообщает подследственному о взятии его под стражу и записывает его реакцию. Также ответ арестованного на сообщение об его аресте может быть использован против него, поэтому и его надо выбирать осторожно.
Изначально предварительное заключение может продолжаться не больше 24 часов. По окончании этого срока, если полиция хочет продолжить содержание под стражей, она должна доставить подозреваемого в суд для продления ареста.
Когда человеку сообщают об аресте, он имеет право на два телефонных звонка – своим домашним и своему адвокату. Разговор не обязан быть непосредственным, и, как правило, офицер полиции сам производит эти звонки в присутствии подозреваемого. Не всегда, однако, полиция это соблюдает, и если офицер полиции сам не предлагает арестованному сообщить кому-нибудь об его аресте, у него надо это потребовать.
Вообще, надо сказать, очень часто полиция в своих действиях мало руководствуется законом или инструкциями, как этого следовало бы ожидать от государственной организации. Против таких явлений всегда надо протестовать, для чего есть различные способы – начиная от громогласного выражения возмущения и отказа выполнять требования полицейских, и кончая голодовками.

Обжалование предварительного заключения
Если вы считаете, что вас взяли под стражу только для того, чтобы поиздеваться, вы можете подать срочную жалобу. Жалоба излагается в письменном виде, и в ней объясняется,  почему вы считаете, что арест не оправдан и имеет своей целью исключительно издевательство. Жалоба передается дежурному судье, он ее читает, и если она ему кажется убедительной, он вызывает к себе арестованного и представителя полиции. 

В следственном изоляторе    
Когда человека арестовывают, он попадает в камеру следственного изолятора.
Есть преступления, которые полиции очень хочется раскрыть, и чтобы не утруждать себя поисками вещественных улик, она просто помещает человека в условия, когда он "ломается" и начинает давать показания, которые никогда не стал бы давать в условиях нормальных. Очень часто также в камеру помещают "подсадную утку" – человека, который в ходе дружеской беседы на тему "кто за что сидит" старается вытянуть из арестованного подробности, или записываются на магнитофон разговоры последнего с сокамерниками. Часто случается очень неприятная ситуация, когда один из подследственных ломается и, пытаясь отмазать себя, начинает валить всю вину на своего подельника. Поэтому арестованному надо знать, что его противостояние со следователем не закончилось, когда он вышел из его кабинета. Оно продолжается и в камере.
Лучше всего не говорить с сокамерниками о своем "деле". Можно говорить о чем угодно, кроме преступления, которое человеку вменяется в вину. Можно ограничиться тем, что сказать сокамерникам, что тебя подозревают в том-то и том-то, а на самом деле эти обвинения необоснованные. Но не больше!
Следственный изолятор – это еще не конец света. В нем можно молиться, учить Тору и просто отдыхать. Главное – это следить за своим настроением и не приходить в уныние из-за нескольких дней на нарах. Как время от времени приходится призываться в армию на "милуим" (резервистскую службу) – также иногда приходится попадать за решетку.
Главная проблема в следственном изоляторе – это проблема с кашрутом. Официально вся еда должна быть кашерной, но на практике полицейские на это часто смотрят сквозь пальцы, тем более не заботятся о соответствии кашрута высоким стандартам. Поэтому есть возможность, если этого добиваться, получать еду из дома.
Вегетарианец может, после проверки врача, получать овощи и фрукты из тюремной столовой, а также еду из дома.

Продление ареста
Полиция может просить продления ареста, если она считает, что речь идет о достаточно тяжелом преступлении и в ее распоряжении достаточно улик, или если хочет оказать на арестованного давление.
О своем намерении полиция обязана известить адвоката подследственного. На судебном заседании следователь представляет судье свою просьбу и имеющиеся у него данные. Часто он также передает судье "секретные сведения", к которым адвокат и подследственный не имеют доступа. Как правило, эти данные имеют своей целью только заморочить судье голову, и ничего информативного в себе не несут.
После этого адвокат задает следователю вопросы, потом следователь излагает свою позицию, а затем адвокат – свою. После этого судья принимает решение.
Если судья соглашается на просьбу полиции – это еще не конец, и отчаиваться рано. Может быть, судья тоже заинтересован сломать подследственного. Может быть, его просто обманули "секретными сведениями". Может быть, против обвиняемого действительно есть какие-то улики, но их недостаточно для того, чтобы потом суд признал его виновным. Поскольку подследственному неизвестно, почему его арест продлен, он должен не отчаиваться, а настаивать на своей невиновности.
Повторим: лучше отсидеть два месяца в следственном изоляторе, чем два года в тюрьме.

 
Опротестование продления ареста
Если очевидно, что судья решил неправильно или произошла юридическая ошибка, его решение можно опротестовать в окружном суде.

 

Обвинительное заключение

Обвинительное заключение может быть подано во время предварительного ареста, и тогда либо подается просьба о содержании обвиняемого под стражей до конца судебного процесса, либо изменяется мера пресечения. Также человека могут выпустить из под ареста, а обвинительное заключение может быть подано позже.
Для того, чтобы было решено о содержании обвиняемого под стражей до конца судебного процесса, мало, чтобы против него имелись улики. Суд должен убедиться, что обвиняемый опасен для общества, он может повлиять на свидетелей обвинения с целью заставить их изменить свои показания, и нет другой альтернативы кроме как его арест.
Обвиняемый должен помнить, что даже если он арестован до конца судебного процесса, это еще не означает, что он будет признан виновным. Многие сидели за решеткой "до конца судебного процесса", а потом вышли на свободу. Когда принимается решение о содержании обвиняемого под стражей до конца судебного процесса, судья проверят только, весомы ли улики. Для того чтобы признать человека виновным, этого мало – должно быть доказано, что они убедительны и в них нет обоснованного сомнения.
Когда обвинительное заключение подается после того, как человек уже освобожден, оно присылается обвиняемому заказным письмом. Человек, который знает, что он под следствием, должен подумать, стоит ли ему ходить на почту за заказными письмами.

 

Следствие в Шабаке

 
Скажу сразу, что следствие в Шабаке – это нечто исключительное. Не каждый удостаивается попасть под следствие в Шабак. Шабак, как правило, расследует дела о таких преступлениях, как убийство на национальной почве или подготовка терактов.
Каждый допрос там записывается на видеопленку, самый ничтожный разговор записывается на магнитофон и по нему составляется отчет. Даже разговор с адвокатом письменно фиксируется (естественно, только для внутреннего использования, потому что по закону такие разговоры нельзя фиксировать). После этого специальный отдел просматривает все видеозаписи и расшифровывает слова подследственного и его невербальные реакции - поведение тела, движение глаз, выражение лица и т.д. Все это анализируется и на основании этого принимается решение о дальнейшем ходе и методах следствия. Чем меньше вы будете тратить там слов – тем тяжелее будет построить ваш психологический профиль.
У Шабака свои следственные изоляторы, и условия там совершенно ужасны. Каждый арестованный сидит там в крошечной одиночной камере, в которой невозможно даже лечь, вытянувшись. Нет туалета, вместо него – ведро. Матрас и одеяло прогнившие. В некоторых изоляторах условия немного лучше, но даже там это не может идти ни в какое сравнение с обычным полицейским изолятором. Естественно, форма камеры и условия в ней не случайны – их цель унизить заключенного и заставить почувствовать свою беспомощность и отсутствие моральной поддержки, чтобы все мысли человека были – скорее бы следователи избавили меня от страданий и вызвали бы меня на допрос!
Очень часто Шабак никому не сообщает об аресте. Человек на некоторое время просто исчезает с лица земли.
Шабак не постесняется воспользоваться членами семьи арестованного для оказания давления на него. В прошлом бывали случаи, когда жену подследственного или его мать арестовывали тоже, поэтому важно, чтобы все члены семьи ознакомились с этой книгой.
Методы проведения следствия в Шабаке разнообразны. Иногда следователь один, иногда их два, иногда они действуют по очереди. Иногда один следователь пытается создать впечатление, что он на стороне подследственного, и что он из-за этого в конфликте со вторым, который хочет тому зла. Иногда является целая "батарея" следователей, и каждый "стреляет" неожиданным вопросом.
В Шабаке не понимают шуток. Один заключенный сказал, что если ему принесут фалафель, он признается. Фалафель был принесен, он его съел, а потом сказал, что просто пошутил. Тем не менее, в протоколе было отмечено, что подследственный "выказал готовность признаться". Конечно, в суде человека не признают виновным на основании одной только такой "готовности", но она расценивается как то, что в израильской юриспруденции называется "начало признания", и в сочетании с другими аргументами она может привести к тому, что человека осудят.
Следователи в Шабаке имеют обыкновение подолгу лишать человека сна, чтобы вымотать его, и часто не дают спать даже в камере – например, громко включают шумную арабскую музыку.    
Были люди, которых пытали физически – например, часами держали привязанными к стулу, так, что им приходилось ходить под себя. Некоторым надевали на голову мешок и избивали. Но в принципе Шабак старается искать более изощренные методы, потому что он знает, что избиения и пытки ожесточают человека и укрепляют его желание бороться до конца.
Вообще главное во всем – это настроение самого подследственного, и предварительная психологическая подготовка,  а именно - укрепление в себе желания ни при каких условиях не признаваться в том, чего не делал, и будь что будет – может сильно помочь.
 
Различные трюки, которые применяют к подследственным
 
1. Записки:
  Заключенный сидит в камере Шабака. Рядом проходит уборщик и не обращает на него никакого внимания. На следующий день он проходит и уже перекидывается с ним парой слов. Через некоторое время уборщик приносит ему записку от товарища, в которой тот сообщает, что тоже арестован и спрашивает, что первый уже сказал. Заключенный пишет ему ответ – который, на самом деле, ложится на стол следователя.
Имейте в виду – шутить с такими вещами нельзя. Был случай, когда с одним подозреваемым пытались провернуть такую штуку, он понял, что происходит и, решив поиздеваться над шабакниками, сочинил юмористический ответ. Результат – ему было предъявлено обвинение в попытке помешать нормальному ходу следствия.
Есть много разновидностей этого трюка. Например – один арестованный пошел принимать душ, нашел записку у себя в ботинке и в следующий раз, пойдя в душ, оставил у себя в ботинке ответ. Естественно, исходная записка была подброшена Шабаком.
(В одном детективном романе об израильской разведке заключенному передавали записки якобы от любимой сестры якобы "представители Красного Креста". Прим. п.)
Напоследок расскажу следующее. Изобретателем трюка с записками был зам. директора Шабака по имени Давид Варнан. В последствии он перешел работать начальником службы безопасности частной фирмы, принадлежавшей Нимроди. Когда по делу этой фирмы было начато расследование, он попал под следствие, был арестован – и стал жертвой собственного изобретения.
 
2. Полиграф
Подозреваемому предлагают очистить себя от подозрений проверкой на полиграфе (детекторе лжи). Он соглашается, его проверяют, а потом говорят ему, что проверка показала, что он лжет. Тогда ему говорят: "Может быть, что-то помешало проверке? Расскажи и опиши письменно, что ты все-таки сделал". Подозреваемый пишет – и это подшивается к делу как его письменное признание.
Помните, что полиграф не принимается судом как полноценное свидетельство, так что он может вас только запутать. Полиграф не раз ошибается, и даже если один раз он показал, что вы говорите правду, в следующий раз может получиться по-другому, поэтому от проверки на полиграфе лучше отказываться. Только Господь знает, что в сердце человека. Полиграф – нет.
Недавно было обнародовано, что в процессе расследования жуткого убийства Асафа Штреймана Реи Ховером и его подружками был арестован другой человек, Игаль Ласри. Ласри согласился на проверку на полиграфе, заявил о своей непричастности к убийству, а полиграф показал, что он лжет. В результате следователь пришел к выводу, что Ласри – главный участник убийства. В последствии было доказано, что это не так.
 
3. Морение голодом с подписью  
Человеку целый день не дают есть.  Под вечер ему приносят еду и требуют подписаться, что еда получена. В тот момент, как он подписывается, его фотографируют.
Дальше эту фотографию можно использовать двояко. Можно показать ее другим арестованным, проходящим по тому же делу, и сказать, что их товарищ уже раскололся. Можно угрожать самому человеку, что фотографию покажут его товарищам и скажут, что он подписывает обязательство о сотрудничестве.
 
4. Газета
Арестованный случайно натыкается на газету, в которой написано, что его товарищи собираются свидетельствовать против него в суде. Арестованный в гневе выкладывает следователю весь компромат, который у него на них был. Естественно, впоследствии оказывается, что газета была сфабрикована.
Другой вариант – приводят известного диктора радио и записывают сфабрикованные "последние новости", а потом дают арестованному возможность случайно их услышать.
 
5. Кассета
Голосом одного подследственного записывают его "чистосердечное признание" и дают послушать другому подследственному. Тот решает, что его предали, и тоже "ломается".
 
6. Общий "воронок"  
Двоих подельников везут вместе в полицейской машине – например, к судье для продления ареста. Вдруг рядом начинается какое-нибудь происшествие, например авария или теракт, полицейские все бросают, оставляют их вдвоем в запертой машине и бегут разбираться, в чем дело. Оба арестованных решают, что они остались одни, и спешат обсудить, как вести себя в ходе следствия. На самом деле происшествие инспирировано заранее, и их беседа записывается.
Возможны вариации – например, людей приводят на встречу с адвокатом немного раньше, чем нужно, оставляют вдвоем его ждать, или не сразу выводят из комнаты после встречи.
 
7. Сфабрикованные результаты экспертизы
Шабак (и полиция, хотя и реже) имеют обыкновение показывать подследственному сфабрикованные результаты экспертизы, например анализ крови или отпечатки пальцев, и говорят, что дело против него готово и его чистосердечное признание им вообще не нужно. Даже если подследственный уверен, что этого не может быть, его уверенность в себе ломается.
 
8. Товарищи по камере
Человека вводят в камеру, где сидят другие "арестанты", которые выглядят как люди того же круга, что и он сам – например, тоже поселенцы. Начинается разговор, кто за что сидит. Внезапно ветераны камеры "решают", что новенький – подсадная утка, начинают на него кричать или даже бить. Новенький пытается доказать, что он не такой, и начинает рассказывать о своих подвигах. Естественно, все заранее подстроено, все записывается и подшивается к делу.
  Приведенные выше примеры таких провокаций – это лишь немногое из арсенала Шабака, но и этого достаточно, чтобы показать, до какой степени надо быть осторожным.  В Шабаке все спланировано, нет ни ошибок, ни случайностей.  Повторим еще раз: "Хранящий свой рот и свой язык – хранит себя от многих бед".
 
            Поддержка семьи  
Следующие строки обращены к семье арестованного и его друзьям.
Чем больше вы будете оказывать моральную поддержку вашему родственнику или товарищу, тем легче ему будет перенести заключение. Как правило, то, что ломает человека и заставляет его признаваться даже в том, чего он не делал – это именно поведение семьи. Приходите на заседания суда, передавайте заключенному вкусную еду, улыбайтесь, носите передачи и т.д.
Когда арестованный видит, что его жена и родители поддерживают его, а не укоризненно качают головой, ему намного легче бороться.
Нет сомнений, что семье приходится тяжело. Но ни в коем случае нельзя давать арестованному родственнику это почувствовать. Опытные следователи, видя, как арестованный переживает за свою семью, говорят ему: "пожалей жену и детей, признайся, и дело с концом". Если же вы будете выглядеть радостными, и арестованному станет  радостней и легче.

 

Заключение

Я надеюсь, что эта книга будет людям полезна. В ней охватываются многие реальные ситуации. Однако, как уже говорилось в предисловии, на самом деле подробностей слишком много, так что вы можете встретиться с ситуацией, которая в книге не описана. При любом малейшем сомнении следует предпочитать самый осторожный вариант поведения, советоваться, и если можно молчать – молчать, потому что несделанное можно сделать и позже, а сделанного уже не воротишь.
 
Что нужно взять с собой при аресте:  
Тфиллин, талит и сидур
2 простыни
2 наволочки
Полотенца
Сменная одежда
Пижама или тренировочный костюм
Пластиковые или резиновые домашние тапочки
Книги для изучения Торы
Зубная щетка и паста
Мыло и шампунь
Маленькое радио

2000 г.

О "деле" Федермана:
  • Евгения Кравчик Узник в Сионе: Эксклюзивное интервью с Элишевой Федерман
  • Ася Энтова Без Судного Дня
  • Оригинал книги Федермана на иврите

    В. Альбрехт. Как быть свидетелем



  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria