Алексей Славин

Настоящее прошлое

Процесс в Мюнхене над украинцем Иваном Демьянюком, которого обвиняют в причастности к убийству десятков тысяч узников концлагеря Собибор, ещё раз показывает, что преступления нацистов были бы невозможны без пособничества населения оккупированных стран.
Что такое пособничество? Передать кому-либо пистолет, из которого потом застрелят полицейского, на новой родине Демьянюка в США означает почти стопроцентную возможность заработать смертельную инъекцию. А тут двадцать восемь тысяч убитых...
Их называли «травники» – по имени местечка в 30 километрах от Люблина. На территории бывшего сахарозавода располагался тренировочный лагерь для тех, кто соглашался работать охранниками в концлагерях. Их обучали проводить облавы, конвоировать, нести караульную службу, правильно проводить расстрелы и т.д. Тренировались на живых людях. Возможностей было много.
«Травники» превратились в орудия уничтожения. Кстати, присягу они принимали именно на верность рейху, а не своей нации, как теперь принято говорить. Таких, как Демьянюк, было подготовлено примерно пять тысяч человек. В основном использовались они в лагерях смерти на оккупированных территориях, а в конце войны и в самой Германии.
Всего же по Европе в истреблении людей активно участвовало свыше 200 000 пособников из разных стран. Почти столько же, сколько самих немцев и австрийцев.
Немецкие историки теперь пишут, что если бы не эти помощники, то жертв «окончательного решения еврейского вопроса» было бы на сотни тысяч, если не на миллионы, меньше.
Вот воспоминания немецкого полковника, оказавшегося 27 июня 1941 года в литовском Каунасе. Он увидел толпу на площади. Люди радостно что-то кричали, хлопали в ладоши, матери поднимали детей, чтобы они могли лучше видеть то, что происходило. А происходило вот что: «Посреди площади стоял среднего роста блондин, устало оперевшись на тяжёлую деревянную биту. У его ног лежали 15–20 убитых или умирающих людей. Из шланга текла вода, смывая кровь в канализационный люк. Недалеко, под охраной нескольких вооружённых гражданских лиц, ожидали казни ещё примерно 20 мужчин. Одного вытолкнули в середину круга, его тут же забили до смерти. Каждый удар сопровождался возбуждёнными выкриками зрителей. Наконец убили всех. Блондин взошёл на гору трупов и заиграл на гармошке. Зрители запели литовский гимн. Как будто эта смертельная оргия была событием национального значения».
Фотографию этого блондина можно увидеть во всех музеях холокоста.
И немецкий офицер восклицает: как это могло случиться? Ведь этих людей никто не заставлял убивать? Они делали это добровольно.
Свыше 220 тысяч человек, более 90 процентов еврейского населения, было уничтожено в трёхмиллионной Литве самими литовцами или «с их помощью». Большая часть жертв пришлась на период до января 1942 года, то есть ещё до Ванзейской конференции в Берлине, когда был принят план «окончательного решения».
В соседней Латвии было убито 72 процента евреев – 95 тысяч человек, самое большое количество на «душу населения» из всех стран Европы. Почти все евреи Хорватии погибли от рук самих хорватов. В Словакии – словаков. Никто не заставлял румынского диктатора Иона Антонеску вывезти более трёхсот тысяч человек на территорию СССР и уничтожить их, как пишет немецкий историк Армин Хайнен, «по собственному побуждению».
Ему вторит гамбургский историк Михаэль Вильдт. Да, считает он, основная вина лежит на Гитлере, Гиммлере и нацистском руководстве как вдохновителях террора. Но также ясно, что немцы одни никогда бы не достигли таких масштабов убийств.
Существует миф, по которому Гиммлеру, однажды присутствовавшему при массовом расстреле в одном из концлагерей, стало дурно. И он решил «поберечь» своих людей. Миф – он и есть миф. Хотя и такой вариант не исключён.
В самом рейхе отлично функционировала административная система: всё было на учёте и человеку без посторонней помощи было почти невозможно скрыться. Иное дело – на чужой земле. Полиция, СС, вермахт просто не располагали персоналом для грандиозных акций по выявлению, транспортировке и умерщвлению миллионов жертв. И потому на каждого немецкого полицейского приходилось десять местных помощников. В том же лагере Собибор рядом с кучкой эсэсовцев зверствовали 120 «травников», истребивших 250 тысяч человек.
Ещё пример. В одной только «разъездной команде» оберштурмфюрера СС Иоахима Хаманна насчитывалось 50 литовцев, которые вместе с товарищами уничтожили 60 тысяч евреев.
Гитлер и его приспешники изначально рассчитывали на помощь местного населения. Так, глава службы безопасности рейха Рейнхард Гейдрих перед началом войны приказывал своим подчинённым всячески поощрять «самоочищение» на местах. Впрочем, не только самоочищение, но и самоорганизацию для этих целей.
Только в Львовской и соседних с ней областях в украинской охранной полиции служило свыше 20 тысяч добровольцев. В самом Львове, в котором украинцы составляли перед войной всего 15 процентов населения, но где проживали 100 000 евреев, штат местных полицейских формировался исключительно из местных помощников. И кто был первой жертвой, догадаться нетрудно. Именно здешние «дружинники» и головорезы из бандеровского батальона «Нахтигаль», одним из командиров которого был немецкий капитан и будущий вождь Украинской повстанческой армии Роман Шухевич, устроили резню 30 июня 1941-го, убив не менее 6000 человек, из них 4 тысячи евреев. Документы об этом имеются в израильском мемориальном комплексе «Яд Вашем».
Бандеровские охранники сожгли в синагогах еврейское население Добромиля, Жолквы, Клевани и десятков других местечек. Они участвовали практически во всех крупных истребительных акциях на территории «Рейхскомиссариата Украина», таких как ликвидация Ровенского гетто или расстрелы в Бабьем Яру.
Масштабы коллаборационизма, особенно в западных от Киева областях, чудовищны. Только к концу осени 1941 года полицаи и национальные формирования приняли участие в уничтожении около 200 тысяч человек – евреев, цыган, поляков. И так до самого освобождения Украины Советской Армией. Чтобы убедиться в правдивости этих фактов, достаточно прочитать «Чёрную книгу» Василия Гроссмана и Ильи Эренбурга, написанную по горячим от крови следам.
Примерно половина из полутора миллионов уничтоженных на Украине евреев погибли от рук местных палачей.
«Западный» и «восточный» коллаборационизм всё же значительно различаются. В первую очередь – степенью брутальности и демонстративности. На Западе больше внимания уделяли «оформлению», бюрократическим процедурам.
Возьмём Нидерланды, где погибли 110 тысяч (91 процент) евреев. Чиновники, что ведали учётом населения, составили для нацистов точнейший «еврейский регистр». Существовало целое ведомство, ведавшее распределением имущества депортированных. За каждый результативный донос выплачивалась премия в 7,5 гульдена. Только с марта по июнь 1943 года добровольными помощниками на смерть были отправлены 6800 человек. Никто, правда, вслух не произносил, что высланные будут убиты. Так, депортация на восток...
Во Франции, где согласно послевоенной мифологии почти все были «бойцами Сопротивления», также была назначена «премия» – 100 франков за каждую голову. При правительстве Виши без всякого давления немцев был введён «еврейский статус». Тех, кто не обладал французским паспортом, здешние полицейские выявляли, сгоняли в лагеря и безжалостно отправляли на восток, на смерть. Так же поступали и в Бельгии, где еврейских беженцев из Польши отсылали под видом «репатриации».
Могут сказать: в оккупированных немцами странах разговор шёл о выживании, потому и вели себя так. Но вот датчане спасли почти всех своих евреев и переправили их в Швецию. Немецким властям никто не доносил, кто и где прятался.
Берлинский историк Гётц Али уже несколько лет назад выдвинул такой тезис: холокост – это не столько немецкий, сколько европейский проект. И понять его только с точки зрения немецких реалий нельзя.
Ведь во Франции почти 96 процентов отнятых у евреев и «ариизированных» предприятий так и остались в руках французов. По мнению историка из Штутгарта Герхарда Хиршфельда, имущество и средства депортированных «пришлись очень кстати нидерландским банкам, торговцам, музеям, даже амстердамской бирже».
В Венгрии, как пишет журнал «Шпигель», на еврейские деньги «удалось создать пенсионную систему и затормозить инфляцию».
Экономическая составляющая холокоста – одна из малоизученных глав Второй мировой войны. Жестокий, но эффективный передел собственности. Кто и что за ним стояло?
Может быть, именно неприглядная история собственного коллаборационизма и заставляет некоторые европейские правительства так спокойно смотреть на марши бывших эсэсовцев в Риге, Вильнюсе, Таллине или Львове?
Никого не стесняясь и не боясь, президент Ющенко демонстративно присваивает звание «Героя Украины» Роману Шухевичу, кавалеру гитлеровского Железного креста, руководителю Украинской повстанческой армии, устраивавшей на втором этапе войны кровавые чистки «неукраинского населения».
В сентябре этого года областной совет Львова принял обращение к властям Украины с просьбой добиться освобождения Демьянюка. Суд, считают депутаты, – очередная провокация недругов Украины, козни России и ФСБ, подбрасывающих мировому общественному мнению факты с целью дискредитации «незалежной» страны...
Вопрос ответственности страны, нации – один из самых чувствительных и болезненных. Несколько лет назад острые дебаты в Германии вызвала книга американского социолога Даниэля Гольдхагена «Послушные исполнители Гитлера», где всему немецкому народу приписывалась вина в организации холокоста. Да, были праведники, но судьбу решает некая общая субстанция – народ, утверждал Гольдхаген. И приводил сотни примеров. Большинство немецких участников дискуссии согласились с такой оценкой.
В 1947 году в Мюнхене собрались немногие выжившие литовские евреи. И свою первую резолюцию озаглавили так: «О вине большей части литовского народа в истреблении евреев Литвы». Эти люди знали, кто виноват.
Я сейчас выскажу крамольную фразу, но никакя политкорректность не заставит меня от неё отказаться. Выборочные сталинские депортации литовского населения после войны кажутся мне «незначительными перегибами» по сравнению с гигантским и добровольным преступлением – убийством сотен тысяч ни в чём не повинных перед литовским народом людей, своих сограждан. И пением национального гимна над трупами убиенных.
Интересно, как сложилась судьба того блондина? Может, как и Демьянюк, эмигрировал в США? Или тихо прожил свой век на литовском хуторе?
Мне довелось посетить в Берлине выставку «Тысячелетие Литвы». Там один из разделов назывался «Между двумя оккупациями». То есть гитлеровское правление организаторам и сегодня видится как освобождение страны. Похоже, нынешние руководители прибалтийских государств, да и Украины, так до конца и не поняли, что же происходило на их территориях в период с 1941 по 1945 год.
Они так и не поняли, за что судят Демьянюка.
Напомним: за пособничество фашистам. Как выясняется, пособничество может растянуться на десятилетия и дожить до наших дней.

Литературная газета, 13.10.2010

  • Другие статьи на тему Тени Холокоста

  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria