д-р Зеэв Ханин

Израильская политика через год после выборов: перегруппировка сил и перенос акцентов

Прошел год с тех пор как к власти в Израиле в результате состоявшихся в феврале 2009 г. выборов пришла правоцентристская коалиция во главе с премьер-министром Израиля Биньямином (Биби) Нетаниягу. Ее ядро образовали три правоцентристские партии — правящий Ликуд, «русская» (с «израильским акцентом») партия «Наш дом — Израиль» (НДИ) и социально-популистское движение сефардов-традиционалистов ШАС, а на флангах расположились умеренно левая партия Труда (Авода), правый блок религиозных сионистов «Еврейский дом» — Новый МАФДАЛ и блок ашкеназов-ультраортодоксов «Еврейство Торы» (ЕТ). Несмотря на то что недоброжелатели предсказывали столь разнородному по интересам и направленности правительству развал в считанные месяцы, оно пока демонстрирует удивляющую многих аналитиков стабильность.

Платформа коалиции

Что касается сторонников правительства, то они в заслугу правящему кабинету обычно ставят сравнительно продолжительное затишье на границах с Ливаном и сектором Газа, эффективную финансовую политику, позволившую экономике страны первой в группе промышленно развитых стран вернуться к экономическому росту и избежать финансового цунами, а также удачное политическое маневрирование на коалиционном поле. Обозреватели также отмечают, что, несмотря на острые разногласия, в 2009 году не произошло открытого разрыва между правительством Биньямина Нетаниягу и администрацией США Барака Обамы, явно настроенного оплатить израильскими интересами свои активы (точнее, отсутствие таковых) на Ближнем Востоке. Биби пока выдерживает давление Белого дома и «ближневосточных посредников», требующих от Израиля массированных уступок палестинским арабам в духе идей так называемой «Саудовской мирной инициативы», хотя многие считают, что главные испытания в этом смысле еще впереди(1).
Как бы то ни было, на этом этапе Нетаниягу сумел убедить своих коалиционных партнеров в том, что из трех возможных вариантов на палестинском треке — массированные уступки по всем коренным вопросам для достижения «окончательного» урегулирования; новый этап «одностороннего размежевания» в Иудее и Самарии и сохранение к западу от реки Иордан геополитического статус-кво — оптимальной является третья опция. Похоже, что этот же вариант, оставляющий открытыми двери для прямых переговоров без предварительных условий, вполне устраивает израильскую общественность, уставшую от политических экспериментов в духе «политики Осло», вполне готовых «купить» идею Нетаниягу о «демилитаризованном палестинском государстве», но не уверенных, что «на той стороне» есть кто-либо, с кем можно было бы разговаривать на эти темы. Иными словами, обе идеи, рожденные в левой части политического спектра: распространение на палестинских арабов принципа «мир в обмен на территории» и программа «одностороннего ухода с территорий», по мнению большинства израильтян, себя исчерпали и, соответственно, практически не имеют электорального рынка.

Новая-старая политическая повестка дня оппозиции

Это значит, что у левой оппозиции пока нет другого способа вернуться к власти, кроме продвижения тематики светско-религиозного противостояния и других социально-гражданских вопросов. В 1999 году эта тактика уже принесла успех израильским левым, сумевшим через контролируемые ими СМИ убедить основную массу светских израильтян в том, что в Израиле идет «война светской и религиозной культур», на фоне которой меркнут «существенно менее актуальные» вопросы внешней политики и безопасности. В итоге лидер правых тогдашний (и нынешний) премьер-министр Нетаниягу, который в свою первую каденцию сумел кардинальным образом снизить уровень арабского террора, но не сумел убедить основную массу политически умеренных израильтян в том, что он отнюдь не намерен, как утверждали его противники, «продать страну религиозным ортодоксам», проиграл выборы кандидату левых Эхуду Бараку, который тогда позиционировал себя в качестве «главного борца с религиозным засильем».
Нечто подобное политтехнологи левого лагеря намерены разыграть и сегодня. Это, собственно, уже происходит — образ «коварного паразита-ультраортодокса» вновь активно формируется в массовом сознании левыми СМИ. Типичным примером этой линии может служить статья известного глашатая левого лагеря, политического обозревателя газеты «Гаарец» Алуфа Бена. (Последний «прославился» статьей о необходимости использования «успешного опыта» одностороннего вывода израильских войск из Южного Ливана в качестве модели для урегулирования отношений с палестинскими арабами, где утверждал «очевидную заинтересованность» «Хизбаллы» в поддержании режима «спокойствия и стабильности» на границе с Израилем. Эта статья А. Бена была опубликована в той же «Гаарец» буквально за две недели до того, как боевики этой шиитской террористической организации начали массированный обстрел городов израильского севера(2).) В статье, опубликованной в «Гаарец» 10 марта и наполненной почти буквальными цитатами 10–12-летней давности, Алуф Бен заявляет: «Спор о территориях все еще занимает левых и правых радикалов, которые периодически выплескивают свою ненависть друг к другу… Однако спор о территориях больше не является сколько-нибудь существенной частью внутриизраильского политического диалога. Ключевым является вопрос о национальной идентификации Израиля: каково правильное соотношение между главными элементами известной формулы «еврейское и демократическое государство», каково правильное соотношение между прошлым и будущим? Ведется бой за душу израильского «мейнстрима» постоянно сокращающегося большинства светских и умеренно религиозных израильтян(3).
Справедливости ради заметим, что и сама ультроортодоксальная общественность сознательно или бессознательно, но вполне охотно включилась в эту игру, устраивая шумные, но малоосмысленные акции протеста в Иерусалиме и других городах со смешанным светско-религиозным населением. Эти и другие действия часто идут в разрез с принятыми в стране нормами светско-религиозного статус-кво, сильно раздражают светское население и широко муссируются в печатных и электронных СМИ.
В этих условиях линия размеренного «подбрасывания дров под постепенно закипающий котел» общественного недовольства «религиозными» не требует слишком уж больших трудозатрат, и именно эта линия, судя по всему, должна достичь пика во время или непосредственно накануне будущих выборов. Понятно, что инициаторы данной стратегии уже сегодня должны принять решение о наиболее подходящей партийной базе для этого ново-старого проекта, и в первую очередь о популярном лидере (или целом созвездии таковых), способном материализовать эмоции избирателей в искомые места в кнесете.
Кандидатов на эту роль сегодня три. Первой в очереди стоит оппозиционная Кадима, в прошлом партия «широкого центра», но в 2009 году заместившая Аводу в функции главной партии левого лагеря. Парламентарии Кадимы, похоже, уже начинают «ловить новую волну», постоянно критикуя «праворелигиозную коалицию» и действующего премьера за его неспособность, как им представляется, противостоять «религиозному диктату». В свою очередь, лидер Кадимы Ципи Ливни не упускает случая напомнить общественности о «своей непреклонной позиции не уступать вымогательству религиозных ортодоксов» во время коалиционных переговоров осенью 2009 года, срыв которых, собственно, и привел к роспуску прошлого кнесета и назначению досрочных парламентских выборов. (В скобках заметим, что далеко не все аналитики были склонны принять эту объявленную лидером Кадимы версию.)
Оказавшись в оппозиции, эта правящая в 2006–2009 годах партия стала быстро терять как «привлеченный» (бывшие избиратели других партий левого лагеря, желавшие поддержать Ливни в ее борьбе за пост премьер-министра), так и «коренной» электорат. Общие потери Кадимы, согласно опросам, составляют от почти трети до едва ли не половины полученных ею в 2009 году 28 мандатов. Основная масса этих голосов отправляется сегодня в категорию «не определившихся», где к ним присоединяется и немало избирателей умеренно левой Аводы и леворадикального Мереца.
Перспективы этих двух партий, крайне заинтересованных в «освоении», в том числе и с помощью антиклерикальной риторики, этих «сидящих на заборе» в массе своей политически умеренно настроенных избирателей, также не слишком блестящи. И Авода, и Мерец, как мы писали не раз, прочно идентифицированы в общественном сознании с негативными последствиями «политики Осло», поэтому у них мало шансов резко и убедительно изменить свое политическое амплуа — даже если у них возникнет такое желание. Неслучайно эти две партии сегодня теряют своих сторонников намного быстрее, чем пополняют потери за счет «возвращения» своих недавних избирателей из Кадимы, и потому имеют мало шансов стать фаворитами в новой антиклерикальной игре.
Похоже, правящие левые элиты «Первого Израиля» (ядро исторически господствующего в стране по преимуществу ашкеназского среднего класса) готовы сегодня сделать ставку на новый левоцентристский проект, способный, как в свое время Шинуй, предложить избирателям радикально-антиклерикальную программу, одновременно «выведя за скобки» неудобную для левых тему арабо-израильского противостояния. На лидерство в новой партии уже имеется несколько претендентов.
Одним из них, судя по всему, может стать бывший неформальный лидер фракции «новых левых» Аводы Офир Пинес-Паз. Накануне выборов 2009 года Пинес-Паз уже взвешивал возможность выйти из Аводы и встать во главе очередного «центристского проекта» — партии «зеленых». Последняя, несмотря на то что обещала стать сюрпризом выборов, в ходе самой избирательной кампании резко сбавила обороты, потеряла голоса в пользу все той же Кадимы и в итоге так и не прошла электоральный барьер. В свою очередь, Пинес-Паз предпочел реализовывать свои амбиции в Аводе, однако уже вскоре после выборов уверился в неспособности своей группы набрать достаточное число сторонников, чтобы расколоть Аводу и образовать новую парламентскую фракцию. Тем более что они оказались не в состоянии сместить чересчур, по их мнению, «поцентревшего» Эхуда Барака и вывести Аводу из коалиции Нетаниягу. В итоге Принес-Паз, проявив свою известную предусмотрительность, несколько месяцев назад ушел из Аводы и из кнесета и сегодня, что называется, «открыт для предложений».
Однако намного более перспективным кандидатом в лидеры новой политической надежде левых сегодня считается сын покойного лидера партии Шинуй Йосефа (Томми) Лапида, популярный телеведущий Яир Лапид. Эта идея уже вброшена в общественное сознание, а СМИ регулярно приводят данные опросов, призванных убедить израильтян (которые, как правило, не любят ставить на заведомо проигрышный список) в электоральной перспективности такого списка. Так, опрос агентства «Шваким Панорама», опубликованный в эфире радиостанции «Галей ЦАХАЛ» 18 марта с.г., утверждает, что в случае если бы выборы состоялись сегодня партия «а-ля Шинуй-2» во главе с Лапидом-младшим завоевала бы 14 мандатов(4). Причем восемь из них она отняла бы у Кадимы (опрос агентства «Диалог» для газеты «Гаарец» месячной давности утверждал, что тогда к Лапиду-младшему были готовы уйти чуть ли не половина бывших избирателей Кадимы)(5), а остальные, вполне в традициях израильских «партий центра», у других лево- и, в меньшей степени, правоцентристских партий и стала бы, таким образом, третьей по численности фракцией в кнесете.

«Русская улица» в новом политическом контексте

Понятно, что помимо голосов, утекающих сегодня «на забор» из Кадимы и Аводы, одним из наиболее перспективных объектов антиклерикальной пропаганды явно станут выходцы из бывшего СССР. Последние, как в том непоколебимо уверены многие левые (и не только) деятели, наиболее восприимчивы к идеям «борьбы с религиозным диктатом».
Прецеденты действительно имеются. При том что абсолютное большинство русскоязычных израильтян «в спокойном состоянии» весьма далеки от распространенного в обществе стереотипа «агрессивных антиклерикалов», часть из них время от времени все же удается «раскрутить» на всплески антирелигиозных эмоций, позволяющих заинтересованным политикам собирать немалый электоральный урожай. Так, примерно такой ход в 1999 году принес успех Эхуду Бараку на прямых выборах премьер-министра, причем львиной доле этого успеха Барак был обязан именно поддержке выходцев из бывшего СССР. Шинуй, благодаря своей агрессивной антиклерикальной пропаганде, в 2003 году из 15 завоеванных им тогда мандатов почти четыре получил именно в «русском секторе». Наконец, в ходе муниципальной кампании 2008 года во многих смешанных по составу жителей израильских городах «русские» были де-факто втянуты в местные политические конфликты на стороне «светских» политиков против их «религиозных» соперников. Попытки разыграть в отношении «русских» избирателей антиклерикальную карту предпринимались и в ходе выборов 2009 года, но тогда она была смазана главной темой выборов — внешняя политика и безопасность(6).
Если левый лагерь сумеет сделать тему «борьбы с религиозным засильем» главным сюжетом будущих выборов, то это станет непростой дилеммой для «русских» политических элит, которые, как можно предположить, немедленно распадутся на две традиционные фракции. Первая продемонстрирует желание «половить голоса» в мутных антиклерикальных водах. Вторая попробует акцентировать идею того, что реальный общественный водораздел пролегает не между светским и религиозным населением, а между сионистским большинством (светские, традиционалисты, религиозные сионисты и ультраортодоксально-национальный лагеря) и антисионистским меньшинством (арабы и харедим-антисионисты). И именно в этом контексте попробуют ставить первоочередные идеологические и социально-гражданские вопросы.
Эта же проблема может стать нелегким вызовом для главной политической силы «русской улицы» — партии «Наш дом — Израиль». (На выборах 2006 и 2009 годов НДИ стабильно получала около половины голосов выходцев из бывшего СССР, что дало ей, соответственно, 9 из 11 и 10 из 15 завоеванных ею тогда мандатов.) У НДИ в этом контексте есть два возможных сценария действий. Первый из них — принять предлагаемые правила игры, тем более что в антиклерикальную нишу охотно устремятся конкуренты НДИ на «русской улице», которые, как правило, в сумме собирают менее 1% «русских» голосов и, соответственно, не проходят в кнесет. Эта линия в краткосрочной перспективе может быть результативной, особенно если пренебречь неизбежной в этом случае эрозией твердого правого ядра НДИ, рассчитывая, что эти потери будут с лихвой компенсированы приобретениями в антиклерикальном центре. Однако подобный выбор сопряжен и с немалыми опасностями. Во-первых, он вынудит НДИ, которая уже вторую каденцию пребывает в качестве «партии центра», что является критическим максимумом в Израиле, остаться на становящемся проблематичном для нее «центристском» поле. В соответствии с «железным законом» израильской политики, центристские проекты возникают на одну-две каденции и затем либо «меняют амплуа», либо исчезают, освобождая место новым соискателям этой ниши. В этой ситуации НДИ будет непросто конкурировать со «свежими» борцами за статус «партии центра» — партией Яира Лапида, и, не исключено, Аводой, лидер которой Эхуд Барак активно позиционирует ее правее бывшей центристской, а ныне «полевевшей» Кадимы.
Кроме того, лидеры НДИ не могут не помнить опыт доминировавшей в 90-е годы прошлого века в «русской политике» Израиля «центристской» партии «Исраэль ба-алия». Как известно, в 1999-2001 годах лидеры ИБА не устояли перед искушением использовать антиклерикальную платформу. Это обеспечило им кратковременный успех на выборах 1999 года, но оказалось контрпродуктивным уже в среднесрочном плане. (После неизбежного возвращения темы внешней политики и безопасности в центр общественного внимания все это стало одной из причин поражения партии на выборах 2003 года и исчезновения ее с партийно-политической карты страны.)
В принципе, лидер НДИ Авигдор Либерман пока демонстрирует готовность двигаться по второму, в средне- и долгосрочной перспективе более продуктивному пути. Это, в частности, проявилось в выброшенном им лозунге «НДИ как светской либеральной партии, с уважением относящейся к еврейской традиции» и «выступающей против популистских лозунгов отделения религии от государства» (т.е., на практике, лишения Израиля его еврейского характера), а также в позиции партии в дискуссии о гиюрах для новых репатриантов. Каков будет окончательный выбор, покажет уже недалекое будущее.
------------------
1) Подробнее см. Владимир (Зеэв) Ханин. «Израильские парадоксы: внешнеполитический кризис как фактор политической стабильности». Институт Ближнего Востока, 24 марта 2010.

2) Алуф Бен. «Срочно требуется палестинский Насралла». Хаарец, июль 2006 [на иврите].

3) Aluf Benn, “Jewish or Israeli?” Ha’aretz, 10 March 2010.

4) Gil Hofman, "Party led by Yair Lapid would win 14 seats, poll says", Jerusalem Post, 19/03/2010

5) Хаарец, 05/02/2010.

6) Подробнее см. Владимир (Зеэв) Ханин. «Израиль: кто победит на выборах-2009». Институт Ближнего Востока, 9 февраля 2009.

Институт Ближнего Востока, 03.2010

Д-р Владимир (Зеэв) Ханин - сотрудник отделения политологии Университета Бар-Илан, политический комментатор радио «Голос Израиля» и телеканала "Израиль плюс".


  • Другие статьи Зеева Ханина
  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria