Д-р Владимир (Зеэв) Ханин

"Неуловимый "русский" голос"

В израильском обществе в отношении рускоязычных евреев бытуют два предубеждения. Первое: все "русские" придерживаются крайне правых взглядов. Второе: выходцы из СССР/СНГ всегда голосуют против существующей власти, какая бы партия не возглавляла правительство.
Оба представления очевидно неверны. Если суммировать опросы последнего десятилетия, то выяснится, что 12-15% репартиантов традиционно отнесят себя к "левому" лагерю, примерно 25% – к "правому", а остальные – к различным фракциям "умеренного центра", причем каждая из этих групп в разных пропорциях делит свои симпатии между общеизраильскими и "русскими" партиями. Помимо отношения к путям разрешения арабо-израильского конфликта, русскоязычная община, как и израильское общество вцелом, расколота и по другим линиям. Там - понятно, в неравных пропорциях - представлены "светские", "религиозные" и "традиционалисты", по-разному относящиеся к проблеме взаимоотношений религии и государства; есть свои "ашкеназы" и "сефарды", часто голосующие за разные партии, равно как и этнические евреи и неевреи-члены смешанных семей, часто по-разному относящиеся к гражданским вопросам и национальной идентичности государства.
Наконец, есть те (в большинстве своем, репатрианты 70-х – начала 90-х гг), которые пополнили израильский средний класс, и те (в основном, пенсионеры и репатрианты последних лет), которые балансируют у черты бедности. Показательно, например, что община выходцев из бывшего СССР почти поровну делится между теми, чье политическое поведение связано в основном с социально-экономическими интересами (жилье, работа, социальное обеспечение и т.д.), и теми, кто в основном озабочен проблемами идеологии. Потому неверна и вторая стигма: почти во всех случаях голосование "русских" репатриантов является не только и не столько протестом, сколько демонстрацией определенной ценностной позиции, во многом связанной с главной для общины темой выборов. Конечно, было бы неверным утверждать, что в свете сказанного выходцы из СССР/СНГ в Израиле разрознены настолько, что не существуют как единая электоральная группа. Скорее их можно представить в качестве своего рода внутренне противоречивой, но гомогенной и динамичной электоральной общности.
Именно поэтому израильским социологам крайне редко удается точно спрогнозировать и адекватно объяснить итоги голосования новых олим. А понять эти тенденции крайне важно: по всем оценкам, выходцы из стран СССР/СНГ, со своим электоральным потенциалом в 19-20 мандатов, в очередной раз сыграют критическую роль в успехах большинства израильских партий на выборах 2006 г. Как же выгдядит картина сегодня?

"Русский" израильтянин-2006

Похоже, что и сегодня в "русской" общине воскресла политическая ситуация конца 90-х гг., когда репатрианты почти поровну делили свои симпатии между общенациональными и секторальными партиями. С другой стороны, община демонстрирует и обычное для нее (хотя и несколько "смазанное" в связи с "размежеванием" отношение, к которому выходит за рамки традиционного право-левого противостояния) распределение голосов между "правым" и "левым" идейно-политическими лагерями, в соотношении 2/3:1/3 Русскоязычнй электорат, судя по всему, делится на три группы. Первая – это потенциал общеизраильских партий, который, по опросам, составляет примерно 7-8 мандатов. Долгое время ведущей среди этих партий был Ликуд, который, как показали выборы 2003 г., сумел абсорбировать основную часть умеренных фракций большинства групп «русской» общины, и во многом оказался наследником общинного имиджа когда-то ведущей израильской "русской" партии Исраэль бэ-Алия (ИБА). Присоединение уже после выборов сильно "похудевшей" фракции этой партии к фракции Ликуда в Кнессете и слияние их низовых структур выглядело свете той ситуации естественным и ожидаемым многими шагом.
Сторонники Натана Щаранского, судя по всему, достаточно долго колебались между желанием использовать механизмы влияния правящей партии и новой попыткой "самостоятельного партийно-политического плавания". Лишь к концу 2004 г. лидеры бывшей главной репатриантской партии сделали выбор: в январе 2005 г. остатки ИБА вошли в Ликуд, где и произошел, видимо последний, раскол партии, когда-то требовавшей "МВД под наш контроль". В феврале 2005 г. депутат Кнессета от Ликуда/ИБА Марина Солодкина, которая несмотря на свою "левую" идеологию, считалась последовательным сторонником Щаранского и Эдельштейна, неожиданно выступила против своих друзей и соратников. Солодкина проявила себя активным сторонником линии Ариэля Шарона на "одностороннее отделение" от палестинских арабов, в то время как Щаранский и Эдельштейн были среди лидеров сопротивления этому проекту. Кроме того, за завесой личного и политического конфликта, проступали контуры двух разных представлений о структуре и характере деятельности "русского" политического лобби. С точки зрения Солодкиной, "русскому Ликуду" нужны были активисты для работы среди репатриантов, с точки зрения Щаранского - "дисциплинированные бойцы" для продвижения интересов алии и ее лидеров через механизм партии, в ту пору являвшейся правящей.
"Большой взрыв" в израильской политике 20 ноября 2005 г. вынес из Ликуда вместе с Шароном в его новое движение, судя по опросам, 4-5 из 5-6 ликудовских "русских" мандатов. Одновременно создание Кадимы формализовало и раскол лидеров бывшей ИБА – в то время как оставивший министерский пост в правительстве Шарона в знак протеста против политики одностороннего размежевания Натан Щаранский и видный член группы "повстанцев" Юлий Эдельштейн поддержали Нетаниягу в борьбе за лидерство в Ликуде, Марина Солодкина ушла с " Бульдозером" в Кадиму, где стала главным инструментом по мобилизации поддержки репатриантов для новой партии.
Тем не менее, конкуренция между этми партиями "на русской улице" на этом не завершилась: вскоре после избрания Нетанияху на пост лидера Ликуда, ухода из политики Шарона, и ликудовских праймериз, на которых Нетаниягу помог Щаранскому и Эдельштейну занять реальные (11 и 15) места в предвыборном списке партии в Кнессет, тендеция переломилась. Так, победа Биби на праймериз, по опросам, почти вдвое (с 4 до 7%) увеличила поддержку партии репатриантами, а затем и еще в два раза (за счет поддержки Кадимы), после того, как стало очевидно, что Шарон, судя по всему, не вернется в политику. Именно с сокращением поддержки на "русской" улице эксперты связывали снижение рейтинга Кадимы в конце февраля и начале марта 2006 г.
Шансы других общеизраильских партий на "русской" улице остаются пока весьма невелики – их совоокупный потенциал, по оценкам, не превышает 2-3 мандатов. Например, несмотря на все попытки Амира Переца привлечь к партии Труда репатриантов, будируя идею поддержки социально слабых слоев населения, уровень поддержки партии "русскими" израильтянами остается невысоким. Так, опросы последних месяцев показали: несмотря на то, что более половины опрошенных представителей общины в принципе позитивно реагируют на социальные лозунги Переца, Авода получает на русской улице немногим более половины мандата, и только для 3-5% репатриантов (против 20-25% в среднем по стране) Амир Перец является предпочтительной фигурой на посту главы правительства.
Другой левоцентристской общеизраильской партией, практически потерявшей свой немалый "русский" потенциал, стал Шинуй. Как известно, репатрианты из СССР/СНГ внесли свой вклад в крупный успех этой партии на выборах 2003 г. дав ей, по оценкам экспертов, не менее 4 из полученных 15 мандатов. Однако, политическая линия Шинуя как в коалиции, так и в оппозиции не вызвала восторг русскоязычных израилитян - уровень поддержки ими партии сократился к ноябрю 2005 г. с 4 до примерно 1.2 мандата Политический "взрыв", связанный с выходом 20 ноября 2005 г. Ариэля Шарона из Ликуда и образованием новой партии Кадима сразу же ослабил Шинуй на еще примерно половину "русского" мандата. И падение это ускорилось после распада Шинуя в январе 2006 г. на два соперничающих списка.
Еще меньше шансов на "русской улице" у леворадикальной МЕРЕЦ, выделившей для репатриантки Эллы Шаинской 14-е место в своем предвыбороном списке (потенциал партии оценивается сегодня в 4-5 мандатов). Эти шансы, впрочем, осознает и лидер партии Йоси Бейлин, который вполне откровенно заявил, что "репатрианты из СССР/СНГ не проголосуют за левые партии, поэтому нет никакого смысла вкладывать деньги в заведомо провальную пропаганду на русском языке" Что же касается партий правее Ликуда, то по оценкам, от четверти до половины "русского" мандата может получить блок Мафдал-Ихуд Леуми, и еще примерно столько же голосов репатриантов могут получить и, соответственно, "утопить", еще более правые списки – Херут и Еврейский фронт, шансы которых пройти электоральный барьер, если верить опросам, довольно невелики. Открытым остается и вопрос о "русском" потенциале сефардской ультраортодоксально-социальной партии ШАС, которой "русские сефарды" (выходцы из Средней Азии и Кавказа) в последние годы стабильно отдавали от 1 до 3 мандатов. Другой ультраортодоксальный список – ашкеназский блок Яхадут ха-Тора, видимо, и на этих выборах получит не более 1000 "русских" голосов.

НДИ и все-все-все

Другую групу русскоязычных избирателей образует "идеологический" и "этнокультурный" электорат "русских" партий, которые в начале избирательной кампании соответствовал примерно 6 мандатам. После завершения регистрации партийных списков Центральной избирательной комиссией, таких партий оказалось четыре - "правый" Наш дом - Израиль (НДИ) Авигдора Либермана, "левый" список Демократический выбор Романа Бронфмана и два субобщинных списка – "русская сефардская" партия Лев ле-олим, и русский (без кавычек) список Лидер. Две последние партии практически не имеют шансов преодолеть электоральный барьер. То же было и в прошлом. Лев ле-олим, появившаяся еще в 1999 г. под названием Лев – олим ле-маан Исраэль, и пытающаяся говорить от имени выходцев из Средней Азии, Северного Кавказа и Грузии, и Прогрессивная либерально-демократическая партия Лидер (А.Редько), заявившая о себе в на выборах 2003 г. как об "израильском филиале" Либерально-демократической партии России В. Жириновско получили тогда соответственно 6 тыс. и около 700 голосов.
Некоторое время казалось, что шансы единственной "русская" партии в левой части израильского политического спектра Демвыбор вновь войти в Кнессет существенно выше. В сентябре 2005 Роман Бронфман, лидер этой третьей русской партии образца 90-х гг., решил прекратить сотрудничество с МЕРЕЦ, в составе которой он прошел в Кнессет в 2003 г., и баллотироваться на ближайших выборах отдельным списком. Бронфман очевидно рассчитывал на небольшой (по нашим оценкам, не превышающий 2 мандатов), но все же существующий "левый" лагерь "русской общины", который так и не был по-настоящему политически институционализирован. Поскольку этих голосов, даже если их не сумеют завоевать левые общенациональные партии, явно было недостаточно для преодоления электорального барьера, Бронфман также надеялся на поддержку тех "русских", которые в 2001 г. отдали свои голоса на выборах за премьер-министра Барака, а в 2003 в массе своей поддержали Шинуй - им он собирался предложить свои традиционные лозунги социальной справедливости и "борьбы с религиозным засильем". Однако узкая электоральная база "русской левой" партии заставляла Р. Бронфмана искать новый союз с какой-либо из израильских партий. Эти усилия стали приобретать определенные очертания после развала Шинуя, когда отколовшаяся фракция Т. Лапида и А. Пораза, не имея возможности ни удержать за собой название партии, ни зарегистрировать новый список, обратилась к Роману Бронфману. Этого в конечном итоге не случилось - Лапид и Пораз предпочли "реанимировать" список Алекса Цинкера Гражданин и государство. 6 февраля 2006 г. Демвыбор вышел из предвыборной гонки, а его потенциальные избиратели, видимо, рассеются по другим "русским" и общенациональным партиям, либо, что веротнее всего, вообще не пойдут голосовать.
Соответственно, главной оставшейся в общине политической силой сегодня является "правая русская" партия Наш дом - Израиль. НДИ вошла в 2003 г. в Кнессет во главе "общеизраильского" списка Ихуд леуми (Национальное единство) которому выходцы из СССР дали почти 5 из полученных им 7 мандатов. Но уже к середине 2004 г. лидеры партии, судя по всему, пришли к выводу, что передача "русских" мандатов своим "туземным" партнерам была слишком высокой ценой за статус общенационального блока. Соотвественно, в ноябре 2004 г. НДИ вышла из парламентского блока Национальное единство чтобы идти на казавшиеся в тот момент неизбежными досрочные выборы самостоятельно. Основной задачей партии на тот момент было собрать максимальное число мандатов на "русской улице". В сентябре 2004 г., вскоре после выхода из правительства Ариэля Шарона движения Национальное единство, ядром которого была НДИ, ее фракция в Кнессете также пережила раскол, ставший следствием персональных и идеологических противоречий. Михаил Нудельман, до того момента - верный сподвижник Либермана и Штерна, поддержал, в отличие от своих коллег по НДИ и блоку Национальное единство, программу Шарона и проект госбюджета. Нудельман также заявил о восстановлении организационной самостоятельности партии Алия с тем, чтобы принять участие в следующих выборах. Понятно, что эта партия вряд ли в одиночку прошла бы в Кнессет. Поэтому присоединение Нудельмана к премьер-министру и его новой "центристской" партии "Кадима" вскоре после создания было вполне ожидаемым и очевидным ходом. В итоге, раскол двух основных "русских партий первого поколения" – ИБА и НДИ (по крайней мере, на персональном уровне) получил организационное оформление.
Платформа НДИ, опубликованная в июне 2005 г., была очевидно направлена на привлечение традиционного электората ИБА, большинство которого в 2003 г. поддержал Ликуд, который, по мнению Ивета, за прошедшие после этих выборов два года успел разочаровать своих "русских" избирателей. Идея "обмена населением и территориями" с ПА, которую проводил Либерман, должна была соответствовать умеренно-правым настроениям большинства "русских" израильтян. С другой стороны, заявление о том, что русскоязычная община "доказала, что она – единственная, которая реально спасла Израиль в самый для него тяжелый момент", что на неё должна быть также возложена миссия "по выведению Израиля из глубочайшего кризиса", и его превращения в "часть Европы и [ее] передовой форпост на Ближнем Востоке", вполне утилизировало чувство "ущемленной общинной гордости", чрезвычайно важное для возрождения "русской" партийной политики после выборов 2003 г.
С начала избирательной кампании в НДИ заметно сдвинулись в сторону центра. Эту тенденцию символизировало присоединие в январе 2006 г. к партийному списку депутата от Аводы Софы Ландвер, (главы "Федерации организаций русскоязычных израильтян", ресурсы которой, по утверждению противников НДИ, были задействованы в ее избирательной кампании), "шинуйника" Игаля Ясинова, а также известного своими левыми взглядамии журналиста Йосефа Шагала. С целью привлечь внимание политически "умеренного" и социально-ориентированного электората, который включает светских репатриантов из числа бывших сторонников Шинуя, партия пообещала бороться за отделение религии от государства, введение института гражданских браков и работу общественного транспорта по субботам и праздникам, а также искоренить преступность (последнее должно символизировать присутствие в списке НДИ бывшего замначальника полиции Ицхака Аароновича и бывшего замглавы ШАБАКа Исраэля Хасона). В начале избирательной кампании в Кнессет 17 созыва Либерман также сделал несколько "социальных заявлений" (противоречащих традиционно "рыночной" ориентации этой партии). В итоге НДИ почти сразу же "взмыла" в опросах, хотя пока не ясно, компенсируют ли эти приобретения партии эррозию ее твердого правого ядра.

В поисках "центра"

При этом еще в январе 2006 г. в общине оставадось примерно 6-7 "бесхозных" мандатов - видимо, наследство "центристской" ИБА образца 90-х гг., из которых в 2003 г. только 2 мандата получила собственно Исраэль бэ-Алия, а остальные распределись между правоцентристским Ликудом и "левоцентристским" и антиклерикальным Шинуем. Как можно предположить, эти избиратели, разочарованные в общеизраильских партиях были бы, в массе своей готовы поддержать репатриантские движения. Идеологическое размежевание на "левых" и "правых" в этой группе, вероятнее всего, близко к средним показателям по общине в целом, но социальная тематика - жилье, трудоустройство, социальная поддержка и т.п., а также гражданская тематика, скорее всего более актуальны для этой группы, чем отношение к арабо-израильскому конфликту. Соответственно, некоторый шанс получить по крайней мере часть этих мандатов может быть не только у НДИ, но и у "русской" партии, позиционирующей себя в левоцентристской части политического спектра.
Наибольшие надежды в этом смысле связывались с бывшим директором правительственного Бюро по связям с евреями Восточной Европы (Натив) и Яков Кедми. Этот в прошлом видный активист подпольного сионистского движения в СССР заявил зимой 2004/05 года о своем намерении создать партию представляющую интересы русскоязычного населения. Кедми был намерен выдвинуть набор социальных лозунгов, сходный с теми которыми оперировали на "русской" улице ИБА и Шинуй, и, подобно последней, темы арабо-еврейских противоречий "вывести за скобки". В случае реализации этой идеи такая партия могла составить одновременно "общинную" и "левоцентристскую" по идеологии альтернативу "правой" общинной альтернативе Либермановской НДИ и одновременно стать привлекательной для разочарованных "русских" избирателей общеизраильских партий (прежде всего "Шинуя").
Во-вторых, новая попытка строительства репатриантских движений могла начаться на этот раз с местного уровня (подобно тому, как это случилось с секторальными движениями выходцев из стран Востока), что, в перспективе, могло бы обеспечить "прорыв" в структуры власти на национальном уровне. В реализации этой идеи осенью 2003 г. было создано движение "С тобой и для тебя" (явная аллюзия с предвыборным лозунгом ИБА 2003 г.) Л. Бравштейна, члены которого попытались провести своих кандидатов в муниципальные советы некоторых городов севера страны, а в марте 2005 г. сделали заявку на общеизраильский статус. Роспуск Кнессета и назначение досрочных выборов на март 2006 г. не дал возможности этим, и без того довольно вялым тенденциям, реализоваться. Освободившуюся нишу "русского Шинуя" в какой-то момент попробовал занять известный российский и израильский бизнесмен Аркадий Гайдамак. 27 ноября 2005 г. он объявил о своем намерении создать на базе возглавляемого им международного молодежного движения "Бейтар" очередную "общеизраильскую партию с русским акцентом" (но в отличие от партии Либермана такого же типа, не в правой, а в "центристской" части политического спектра) В прочем, уже на следующий день Гайдамак заявил, что его новая партия поддержит партию Шарона Кадима.
Поскольку Кедми так и не решился пуститься в самостоятельное плавание, Бравштейн присоединился к списку Узи Даяна Тафнит – очередному соискателю статуса "партии центра", Демвыбор Романа Бронфмана сошел с дистанции, а "русские" партии-сателлиты Аводы, Кадимы и Ликуда до выборов так и не появились (последние две предпочли выделить выходцам из СССР/СНГ высокие места в своих списках), главным претендентом на голоса этих избирателей стала НДИ Авигдора Либермана.
Оставшись, фактически, единственной реальной "русской" партией на политическом рынке, испытывающем явную потребность в общинном движении такого рода, НДИ пытается максимально быстро заполнить образующуюся нишу – те самые 8-10 мандатов, которые, судя по опросам, выходце из СССР/СНГ, в принципе, готовы отдать "своей" партии.
Похоже, что действия лидеров НДИ в последние дни продиктованы именно этой логикой. Так, выступая 14 марта на пресс-конференции для русскоязычных СМИ Авигдор Либерман и Юрий Штерн обвинили как нынешнее правительство Кадимы (которое накануне приняло решение инвестировать средства в решение проблем арабского сектора и выходцев из Эфиопии, но не выходцев из СССР), так и прежнеее ликудовское руководство в "забвении интересов русскоязычной общины". В разрез с прежней позицией НДИ, предлагавшей ужесточить Закон о возвращении, нышешняя объявленная Штерном платформа партии предлагает (явно в интересах нееврейских родственников граждан Израиля - выходцев из СНГ) признать законным статус всех жителей Израиля, которые доказали свою лояльность еврейскому государству.
По сути, главная дилемма, котрая сегодня стоит перед Либерманом – это использовать потенциал солидарного общинного голосования, а с другой - не потерять свой "идеологический" электорат. Если этого не случится, то его партия имеет все шансы повторить судьбу ИБА – "сорвать банк" на этих, и может быть, на следующих выборах, в качестве партии, пытающейся говорить от имени всей "русской" общины, тщательно балансируя между ее фракциями, по-разному относящимся к критическим для израильского общества темам - арабо-израильскому конфликту и светско-религиозному противостоянию. Это, в сочетании с неизбежными персональными противоречиями, может в конечном итоге привести к распаду НДИ.
Но все это в будущем. А пока нас, вероятно, ждет очередной "русский сюприз". Разумеется, в том случае, если за оставшиеся до выборов дни НДИ сможет удержать динамику и не уступить "социально-центристские" русские мандаты Кадиме,а правые идеологические – Ликуду и партиям правее него.

"ISPR", 22.03.2006

Д-р Владимир (Зеэв) Ханин - сотрудник отделения политологии Университета Бар-Илан, Израиль.


  • Другие статьи о выборах 2006
  • Другие статьи Зеева Ханина
  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria