Акива Бигман

Судья с политической миссией

Стремительное продвижение израильских танков по просторам Ближнего Востока во время Шестидневной войны 1967г. было сигналом для начала драматической юридической и политической борьбы, продолжающейся до сегодняшнего дня, своего рода юридической "войны на истощение в галстуках и костюмах". Утверждения сторон будут меняться, арены столкновений будут переходить из Нью-Йорка в Женеву и Дворец справедливости в Иерусалиме, но юридическая база и принципиальные рамки установлены в том пасмурном ноябре, когда была принята резолюция Совета Безопасности 242, которая больше всего выражала начало новой эры на Ближнем Востоке.
Резолюция, которой недавно исполнилось 44 года, установила общие правила достижения всеобъемлющего мира на Ближнем Востоке, учитывая резкие изменения, произошедшие в регионе вследствие войны. Она включала отношение к вопросу границ, беженцев и права на мирное существование. Эта резолюция устанавливает, что "установление справедливого и прочного мира на Ближнем Востоке" будет основываться на реализации двух принципов: "вывод израильских войск из занятых территорий" и "отмена ситуации войны, уважение и признание суверенитета всех государств в регионе".
Но объем и содержание этого до сих пор подвержены разногласиям. В то время как Израиль утверждает, что он должен совершить ограниченное отступление со спорных территорий, арабы утверждают, что резолюция не будет воплощена до полного и всеобъемлющего отступления к линиям 1967г. С юридической точки зрения, это вопрос выражается отсутствием маленького английского слова the – определенного артикля, который устанавливает должно ли отступление проводиться с каких-либо территорий, но не со всех, или (если бы этот артикль наличествовал) со всех территорий. Горячий вопрос являются ли Иудея и Самария оккупированными территориями зависит от этого слова.
Тут важно прояснить: на основании свидетельств и документов ясно, что первоначальная формулировка резолюции была английском и не включала требование к Израилю отступить со всех территорий. На основании этой формулировки Израиль последовательно отказывался обсуждать все связанное со статусом территорий Иудеи и Самарии, но в определенный момент этот подход резко изменился. Раскрытие факторов, повлиявших на изменение израильской позиции, рассказывает нам о забытой главе в истории израильской юридической системы и ее сомнительных отношений с политической системой, когда во главе юридической системы стоял никто иной, как Арон Барак.

Убедить Бегина

Когда правительство национального единства решило в 1970г. придерживаться колеи плана Роджерса и таким путем привести к окончанию Войны на истощение, вышел Бегин из правительства. Его отставка была сделана из-за тех опасностей для безопасности страны , которые Бегин увидел в плане Роджерса, например, передвижение ракет ПВО в Египте, и из-за смысла этого плана в отношении статуса Эрец Исраэль. Бегин, верный борец за неделимую Землю Израиля, не хотел быть соучастником в новой версии плана раздела, против которого он выступал в прошлом.
И все же менее чем через 10 лет, когда Бегин был премьер-министром, были подписаны "рамочные соглашения" в Кемп-Дэвиде, включавшие пункт, что во всем, что касается Иудеи и Самарии "переговоры будут основываться на указаниях и принципах резолюции Совета Безопасности номер 242". Как произошло столь резкое изменение его позиции?
Ответ на это надо искать в составе группы, которая окружала Бегина во время интенсивных переговоров. Переговорная группа включала министра ин.дел Даяна, министра обороны Вейцмана, генерала Авраама Тамира и юр.советника правительства Арона Барака. Последний, в силу своей профессионально юридической должности, имел решающее влияние на различные формулировки, предложенные на конференции. Роль Барака усилилась еще больше, когда 12 сентября 1978г. Президент Картер решил лично вмешаться в ведение переговоров и заявил, что соберет очень узкую группу переговорщиков, которая будет включать Аарона Барака с израильской стороны и Усамы эль-База, с египетской, при посредничестве гос.секретаря Сайруса Венса, с американской. В эти самые критические моменты дебатов превратился Аарон Барак – до того исполнявший техническую профессиональную роль – в самый существенный фактор в ведении государственных переговоров.
Одна из самых важных тем, стоявших на повестке дня на том этапе, было то как будет упомянута резолюция номер 242 в параграфах, касающихся автономии, которая будет установлена в Иудее и Самарии. В предисловии к резолюции 242 есть слова о "недопустимости приобретения территорий военным путем". Эти слова были добавлены в рамках компромисса между арабо-советским и англо-американским блоками, и поскольку они фигурируют только в предисловии, а не в параграфах резолюции, то у них нет обязывающей силы.
Но в рамках дебатов в Кемп-Дэвиде вновь была поставлена формулировка на обсуждение, при этом египетский черновик требовал, чтобы "отступление с Западного берега" было до линий прекращения огня в 1949г. "в соответствии с принципом, не признающим захват территорий, оккупированных в ходе войны". Подобное упоминание было включено и в американскую формулировку.
Бегин упрямо отказывался от включения подобных упоминаний и даже утверждал, что "пусть отсохнет его правая рука", если он согласится с этим. Это отказ привел переговоры в тупик.
Когда Аарон Барак вошел в узкую переговорную группу, на него было возложено сформулировать текст, который смягчит сопротивление Бегина, с одной стороны, и удовлетворит чрезмерные требования египтян, с другой. Как описывает Узи Бензиман в своей книге "Премьер-министр в осаде", во время переговоров "юридический советник находил для Картера уступки, на которые, по его оценке, Бегин согласится", и после такого дня переговоров "ночью советовались Даян и Барак как еще больше смягчить позиции Бегина".
И так через 4 дня "израильская позиция была разобрана на составляющие, при этом американский бульдозер с дружеской помощью Моше Даяна, Эзера Вейцмана, Аарона Барака и генерала Тамира задействует всю мощь давления и убеждения на Менахема Бегина и приводит к тому, что тот в значительной степени изменяет свою позицию".
Этот процесс преуспел, в основном, благодаря точно бьющим усилиям Барака, который с помощью юридического творчества смог написать согласованную формулировку, которая, с одной стороны, включала явное упоминание резолюции номер 242 в отношении Иудеи и Самарии, но, с другой стороны, не устанавливала границы отступления, следующие из этого. Текст включал общие декларации о "легитимных правах арабов Земли Израиля", но, с другой стороны, не устанавливал никаких оперативных требований в отношении поселений в Иудее и Самарии или в отношении израильского присутствия там. Дополнительная туманная фраза о том, что на переговорах с Иорданией будут обсуждаться "границы" между государствами, создавала впечатление, что речь идет о 2 границах – одна возле "зеленой линии", а вторая по реке Иордан.

Участие под критикой

Возможность "растянуть" комментарий текста "вправо" убедила Бегина, что он не отказывается от своих принципов. Но поскольку затушевывание понятий было выгодно обеим сторонам, уже было тяжело остановить течение. В международном сознании Израиль не только согласился на распространение принципа "территории в обмен на мир" и на Иудею и Самарию, но и принял в некоторой степени "палестинский нарратив", видящий в ООП легитимное освободительное движение.
Посредничество Аарона Барака не закончилось на этом. Через несколько месяцев вновь встретились стороны с целью продолжить достигнутое в рамочном соглашении и сформулировать израильско-египетский договор. Переговоры, проходившие в Блейр-хаус в Вашингтоне, начали буксовать, когда египтяне потребовали, чтобы реализация мирного договора с ними была связана с реализацией плана автономии в Иудее и Самарии. Израильская переговорная группа, разумеется, отказалась, и переговоры оказались в тупике.
На этом этапе Барак уже был назначен судьей в Верховном суде и поэтому не был в постоянной переговорной группе. Но из-за затягивания переговоров он был вновь вызван для участия в дебатах. Это создало существенный прецедент – впервые судья Верховного суда принимал участие в явно политическом действии, что грубо нарушало принцип разделения властей.
В качестве реакции Шимон Шитрит опубликовал статью, в которой критиковал участие Барака в переговорах: "Утверждения против участия судьи в государственных переговорах основываются на том, что эта роль не согласуется со статусом судьи согласно принципу разделения властей… Участие судьи в переговорах может против его желания привести его к участию в остром общественном споре… Судья Барак может включиться в эмоциональный политический спор, в котором судебная власть не должна быть замешана… Прецедент, созданный включением Барака в израильскую делегацию на переговорах в Вашингтоне, не способствует положительно гарантированию разделения властей между исполнительной и судебной властями". Буквально, пророчествовал и не знал, что пророчествовал.

Перевел Ханан Фридман, МАОФ

12.2011

  • Другие статьи о наших правах на Землю Израиля

  •   
    Статьи
    Фотографии
    Ссылки
    Наши авторы
    Музы не молчат
    Библиотека
    Архив
    Наши линки
    Для печати
    Поиск по сайту:

    Подписка:

    Наш e-mail
      

    TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.


    Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria