Александр Казарновский

На улице Крауса

  «Юридический форум в защиту Израиля обратился в иерусалимскую мэрию с просьбой увековечить еврейского героя Моше Крауса, спасшего более 40 тысяч евреев Венгрии, и назвать одну из иерусалимских улиц его именем. Юристы Форума напомнили иерусалимской мэрии, что этот житель Иерусалима спас наибольшее количество евреев за всю историю Катастрофы европейского еврейства, однако его имя не увековечено нигде».

C этого официального сообщения все начиналось. Да нет, пожалуй, начиналось все семьдесят два года назад, когда в марте 1944 года немцы, незадолго до того оккупировавшие Венгрию, начали отправлять евреев из отдаленных венгерских городов в лагеря уничтожения в Польше. Геноцид катился по накатанным рельсам, но вдруг произошел сбой - в апреле 1944 два словацких еврея, Рудольф Врба и Альфред Вецлер, совершили побег из Освенцима. Они встретились с руководителем Словацкого Еврейского совета Оскаром Краснянским и тот получил от них подробное описание того, что творилось в лагере смерти. По их описаниям Краснянский составил тридцатидвухстраничный отчет (так называемые «Протоколы Аушвица»). В нем, в частности, сообщалось об уже состоявшемся уничтожении миллиона семисот пятидесяти тысяч людей, отправленных в Освенцим, и о том, что в лагере идет подготовка к «приему», а точнее, к уничтожению 800 000 ничего не подозревающих и не слишком страдающих от антисемитских репрессий евреев Венгрии. В конце мая 1944 года этот отчет попал в руки венгерского еврея Моше (Миклоша) Крауса…

- Улица Моше Крауса? Нет, такую не знаю. Да-да, улица Ерахмилевич - вот она. Вам сказали – по ней надо идти? Сейчас, секундочку, я в айфоне посмотрю, у меня здесь навигатор…

Религиозная женщина лет сорока, к которой мы обратились, сойдя с трамвая в Писгат-Зееве, конечно, употребила слово «Джи-пи-эс», но я в своем очерке стараюсь избежать суржика. Пока она копается в ай-фоне, к нам присоединяется девушка в джинсах.

- Какую улицу вы ищете? Моше Крауса? Нет, не знаю. Погодите, у меня в этих краях куча знакомых. Сейчас я по What’s app’у…

Это Израиль. Это израильтяне. Через пять минут мы окружены женщинами в платках и без, мужчинами в вязанных кипах, в черных шляпах и без каких-либо шляп и кип. Все наперебой пытаются помочь нам. Это тот самый народ, ради существования которого ежедневно, ежечасно и ежесекундно рисковал жизнью Моше Краус.

Он был одним из лидеров сионистского движения в Венгрии, возглавлял Палестинскую канцелярию в Будапеште. К «Протоколам Аушвица» он добавил свой собственный подробный доклад о депортациях и акциях уничтожения евреев в отдаленных городах Венгрии с конкретными именами и географическими названиями, после чего сделал все возможное, чтобы как можно шире распространить оба доклада. Доклады легли на стол к тезке Крауса, регенту королевства Венгрия Миклошу Хорти и остальным влиятельным политикам Венгрии. Не были обойдены и новостные агентства, которые подхватили и распространили сообщения о творящемся геноциде. Новости эти вызвали настоящую бурю. Швейцарское общественное мнение оказало колоссальное давление на Хорти. Римский папа, президент Рузвельт, Уинстон Черчилль и шведский король Густав Пятый послали в Будапешт письма протеста. В письме Рузвельта содержалась к тому же и прямая военная угроза. Колоссальное давление на Хорти начало оказывать возмущенное общественное мнение нейтральной, но крайне влиятельной, Швейцарии. Хорти вынужден был прекратить депортации.

Понимая, что победа эта временна, как и само пребывание Хорти у власти, что бразды правления вот-вот окажутся в руках нацистов из Партии Скрещенных Стрел, Моше Краус обращается к заместителю швейцарского консула в Будапеште Карлу Лютцу, представлявшему также интересы Британской короны, с просьбой заполнить как можно больше документов на эмиграцию в Палестину, имевшихся у того еще с довоенных времен. Любой, у кого оказывался подобный сертификат считался британским подданным и находился под защитой швейцарского посольства, представлявшего в Венгрии на тот момент интересы Британии. В конце 1943 года венгерское правительство признало права 1500 обладателей подобных сертификатов.

Карл Лютц некогда служил в швейцарском консульстве в Яффо. Он симпатизировал евреям. Вместе с Краусом они решили переделать индивидуальные сертификаты в семейные, что помогло вместо 1500 человек спасти 7800. После чего каждый из 7800 получил индивидуальные удостоверения, которые вновь были переправлены на семейные, таким образом, «служба спасения» охватила уже 40 000 человек. Впрочем, по данным директора музея Шоа в Нир Галим Исраэля Бариаха, благодаря удостоверениям, выданным Моше Краусом спаслось в общей сложности, от 70 до 100 тысяч.

…Толпа сочувствующих, рассыпавшись по окрестностям, выспрашивает у всех встречных, где же она прячется, таинственная улица Крауса. Наконец, на автобусной остановке на той самой улице Ерахмилевич два пацаненка в черных кипах, с пейсиками, с синими ранцами и в очках сообщают, что вроде бы слышали название - Надо на автобусе, - бормочут они. – Где-то там, внизу…

Сочувствующие, приняв от нас россыпь благодарностей и пожелав нам приятной прогулки, расходятся, а мы вместе с пацанятами начинаем томиться в ожидании автобуса.

- А вы-то, ребята, знаете, кто такой был Моше Краус? – спрашиваю у пацанят.

Те мотают головой.

…Этот еврей, сидя в сердце оккупированной немцами страны, дурачил немцев, чтобы сохранить жизнь другим евреям. Помогали ему и Карлу Лютцу антинацистски настроенные сотрудников венгерского МИДа. На это ушло полтора месяца..Поддельные удостоверения были признаны Международным Красным Крестом, Британией и Швейцарией, но вот немцев долго пришлось убеждать в их подлинности. «Ожидание ответа затянулось, и мы не могли понять, почему, - писал впоследствии Краус, пока, наконец, не выяснилась странная вещь - кто-то проинформировал немецкие власти о том, что 7800 документов вовсе не семейные, а индивидуальные. Этим «кем-то» был один из нас – доктор Кастнер».

Здесь, впервые мы вынуждены назвать упомянуть этого человека, этого черного антипода нашему герою – герою во всех смыслах.

Когда, Вс-вышний сотворил железо, деревья затрепетали. «Не бойтесь, - сказал Вс-вышний. - Никто вас не будет рубить, пока сами не дадите рукоятки для топоров!»

Во все времена среди нас появлялись подобные «рукоятки». В средневековье это были выкресты вроде Торквемады, в советские времена «евсеки» или члены Антисионистского комитета, сейчас – борцы за делегитимацию Израиля, за границы 1967 года, которые Аба Эбан, министр иностранных дел в правительстве Голды Меир, называл «границами Освенцима», поборники бойкота Израиля и еврейский электорат наших ненавистников в США. Во время Холокоста это зачастую были капо и деятели юденратов. И Рудольф Кастнер.

Адольф Эйхман в своих воспоминаниях писал: "С Венгрией у нас было особое беспокойство. Венгерские евреи во время войны жили относительно благополучно, и строгие ограничения их почти не коснулись. Мы хотели прочесать Венгрию с особой тщательностью, прежде чем евреи могли бы понять наш замысел и организовать партизанское сопротивление". А в 1960 году на суде в Израиле Эйхман рассказывал, как Кастнер «согласился помочь уговорить евреев, чтоб они не сопротивлялись депортации и даже сохраняли порядок в пересыльных лагерях, если я разрешу нескольким сотням или тысячам молодых евреев легально эмигрировать в Палестину».

   Кастнер, так же, как и Моше Краус был активным деятелем сионистского движения. руководил венгерским Комитетом помощи и спасения. Полковники СС приглашают его в свою штаб-квартиру. Ему разрешалось не только ходить без позорной желтой звезды, но и проживать в собственном особняке, пользоваться телефоном и автомобилем.

Как и Моше Краус, в апреле 1944 Кастнер получил «Протоколы Аушвица» и, как пишет в книге "Бегство из Освенцима. Не могу простить" Рудольф Врба, скрыл их от европейского еврейства. Причина была проста – в этот период он вел переговоры с Эйхманом о том, чтобы получить разрешение на свободный выезд в Швейцарию около 1700 евреев. Ради этого представитель Сохнута социалист Кастнер ввёл в заблуждение остальных евреев, призвал их не сопротивляться депортации и не скрываться.

Американский писатель Бен Гехт в книге «Вероломство» (“Perfidy”), в частности, приводит следующий факт. Депортации начались с Клуджа, родины Кастнера. Он лично приехал уговаривать евреев не соппротивляться, рассказывал, что их повезут в Германи, в чудесное местечко под названием Кеньермезе, расписывал, какие там замечательные условия. Охраны почти не было, существовала реальная возможность бежать в Румынию, но благодаря авторитету доктора Кастнера люди спокойно поехали на смерть.

Итак, Кастнер спас тысячу семьсот и обеспечивал уничтожение сотен тысяч. Краус в это время спасал десятки тысяч. Лютц выдавал обладателям сертификатов защитные паспорта или “Schutz-Passes”, которые удостоверяли швейцарское гражданство их владельцев. И защищали от депортации. Лица, получившие такие документы поселились на территории так называемого «Стеклянного дома» — будапештского завода по производству стекла, который получил свое название благодаря большому стеклянному фасаду. Все пятьсот работников этого завода были обладателями фиктивных сертификатов. Владелец завода, Артур Вайс, передал Краусу ключи от завода, и Краус продолжал селить там еврейские семьи, пользующиеся, благодаря его стараниям, дипломатическим иммунитетом. Краус числился сотрудником швейцарского консульства, что давало ему возможность сравнительно безопасного передвижения. Он находил помещения, где можно было укрыть евреев. Филиалами «Стеклянного дома» стали текстильный комбинат, футбольный клуб и частные дома венгров, сотрудничавших с Краусом. Там же продолжали изготовлять охранные документы.

Сионистская молодежь под предводительством Крауса печатала фальшивые швейцарские паспорта и, переодевшись полицейскими, а то и нацепив форму фалашистских боевиков, раздавала их евреям Будапешта прямо на улицах, сопровождала группы евреев с нужными документами и охраняла убежища, организованные Лютцем и другими дипломатами. Группы сионистов во главе с Краусом помогали Раулю Валленбергу и другим дипломатам отбивать у нацистов евреев, угнанных на восток во время "марша смерти" в ноябре 1944. Они ухитрялись выдавать паспорта умирающим людям прямо на ходу, после чего отвозили их обратно в Будапешт. Так были спасены тысячи людей.

Как отмечает М.Зболинская в пресс-релизе Юридического Форума за Эрец-Исраэль, «Вся эта деятельность осуществлялась в условиях подполья и постоянной опасности для жизни Крауса, его подчиненных и добровольцев… Среди спасенных Краусом евреев — израильский иллюстратор Шмуэль Кац, филантроп Франц Луи и многие другие известные люди». Был среди них и Моше Шкеди, в будущем отец генерал-майора Элиэзера Шкеди, который в 2004-2008 годах командовал ВВС Израиля. «Мой отец выжил благодаря «Стеклянному дому», - говорит Элиэзер Шкеди. – Его родители и все его братья были убиты. Очень важно сознавать, что не только христиане спасали людей во время Холокоста. Евреи тоже смогли спасти тысячи своих собратьев»…

- Вот она, эта улица! - вскрикивает, тыча пальцем в окно, один из многочисленных пассажиров автобуса, которых мы, естественно, тоже подключили к поиску неуловимой улицы. И действительно, там где дорога делает петлю, синеет щит с надписью на трех языках: «Моше (Миклош) Краус». Мы в очередной раз рассыпаемся в благодарностях и выскакиваем из автобуса. Первое, что нас завораживает, это потрясающий вид на иудейские горы, открывающийся отсюда. Со временем обзор несколько сократится, поскольку вот тот и вот этот пустыри будут, конечно, застроены. Зато люди, живущие на улице Крауса, будут, всякий раз выглянув в окно, наслаждаться красотой Эрец Исраэль…

Но почему она такая короткая, эта улица? Почему она заброшена куда-то на окраину? Почему мало кто вообще знает о ее существования?

Да вы что, господа! Скажите вообще спасибо за то, что хоть как-то, спустя почти тридцать лет после смерти, вспомнив былые заслуги, почтили память клеветника и злопыхателя, реакционера и мракобеса Моше Крауса! Нет, то, что Моше Краус, поселившийся после войны в Иерусалиме, является идеологическим врагом победившего в Израиле социализма, было давно известно. То есть он, конечно, был сионистом, пламенным сионистом, но, как бы это выразиться, неправильным. Как говорится в «Песне о сионистском образовании» Юры Липмановича – «Сионизмы разные у нас!»

Короче, в отличие от всеми любимого доктора Кастнера, активиста бен-гурионовской партии МАПАЙ, Моше Краус был – страшно сказать – религиозным сионистом, одним из предшественников тех, кого наш нынешний столп культуры Аммос Оз назвал «мрачной сектой, выползшей из самых темных уголков иудаизма». Одного этого хватило бы на то, чтобы лишить его возможность вести какую-либо общественную деятельность, загнать, выражаясь шершавым языком Аммоса Оза обратно в какой-нибудь «темный угол иудаизма». Но этого было мало - неугомонный еретик замахнулся на святое!

Впрочем, начал не он. В 1953 году некий венгерский еврей, 72-летний журналист по имени Малкиэль Гринвальд, член партии «Мизрахи», напечатал от руки и стал распространять памфлет, в котором обвинил одного из самых уважаемых граждан, видного политического деятеля, активиста партии МАПАЙ Рудольфа Кастнера в соучастии в истреблении венгерского еврейства. Любопытно, что сам Кастнер побоялся привлекать его к суду за клевету, иллюстрируя поговорку насчет знающей кошки и съеденного мяса. Но власть не могла стерпеть такого оскорбления, нанесенного человеку, занимающему пост главы департамента общественных связей в израильском Министерстве промышленности и торговли. Государственная прокуратура предъявила Гринвальду обвинение в клевете. Так родилось «уголовное дело 124/53 – Государство Израиль против Малкиэля Гринвальда». Интересы Гринвальда представлял Шмуэль Тамир, близкий к оппозиционной партии Херут, бывший командир-подпольщик. На суде Моше Краус активно свидетельствовал против Кастнера. В конце концов суд полностью оправдал Гринвальда. Было доказано, что Кастнер вел переговоры с Эйхманом, был причастен к убийствам, убеждая сотни тысяч венгерских евреев сесть в поезда, отправлявшиеся в Освенцим, бросил на произвол судьбы трех израильских парашютистов (в том числе известную поэтессу Хану Сенеш), расстрелянных в последствие нацистами, а также способствовал оправданию нацистского преступника Курта Бехера. В приговоре суда подчеркивалось, что немцам удалось депортировать венгерских евреев именно благодаря их руководителям (то есть прежде всего Кастнеру). На следующий день состоялось внеочередное заседание правительства, на котором было принято решение обжаловать приговор в Верховном суде. Скандал, связанный с делом Кастнера, привёл к правительственному кризису, премьер-министр Моше Шарет подал в отставку.

БАГАЦ, правда, уже тогда был БАГАЦем – Гринвальда все же признали виновным в клевете, но полностью обелить Кастнера даже БАГАЦу не удалось. Вся страна повторяла слова судьи Халеви : «он продал душу дьяволу». Кастнера ждал новый суд. Но не дождался. 3 марта 1957 года Кастнер был тяжело ранен группой молодых людей на пороге собственного дома. Он умер в больнице спустя несколько дней и похоронен в Пурим. Что вполне логично.. По одной из версий, убийство было совершено из мести. По другой — Кастнер был убит израильскими спецслужбами.

Отец нынешнего лидера партии «Еш Атид», Томи Лапид, прославившийся своим воинствующим атеизмом, в свободное от антирелигиозной деятельности время пытался добиться реабилитации Кастнера, но безуспешно. Вы знаете, иногда борьба добра и зла принимает какие-то подчеркнуто откровенные формы. А что Моше Краус? Власть не простила ему ни его инакомыслия, ни выступления на суде. Слишком большой урон нанесла вся эита история престижу партии МАПАЙ, да и Сохнуту. Как было сказано в обращении Юридического форума, «перед Моше Краусом закрылись все возможности карьерного роста, его имя не попало ни в один учебник истории. После долгих поисков работы ему удалось устроиться заведующим в приют для подростков, что обеспечило ему и его жене, чудом уцелевшей в Катастрофе, скромный… заработок. В 1986 году скромный и молчаливый пенсионер Моше Краус скончался в Иерусалиме в полной безвестности». Юридический форум в защиту Эрец Исраэль в течение нескольких лет вел борьбу за восстановление доброго имени Моше Крауса. В начале из мэрии Иерусалима пришел ответ, что для того, чтобы увековечить этого человека, Форум предоставил недостаточно документов Тогда бурную активность развила пресс-секретарь Маша Зболинская. Она ездила встречаться с д-ром истории Аялой Надиви, защитившей докторскую диссертацию, посвященную роли  Моше Крауса в спасении венгерского еврейства. Она ездила в Музей венгерской катастрофы в Нир Галим - единственное место, где память о Моше Краусе была увековечена, но к сожалению музей этот почти не рекламируется в силу своей религиозно-сионистской направленности. Она собирала необходимые документы. Конечно же к этой борьбе подключился весь форум во главе с генеральным директором Нахи Аялем.

И вот итог.
«Получив все необходимые документы, подтверждающие героизм Крауса, Иерусалимская мэрия согласилась с мнением Юридического форума, что пришло время восстановить справедливость и увековечить одного из главных героев Израиля хотя бы в городе, где прошла его жизнь».

В августе 2015 г. муниципалитет Иерусалима принял решение назвать улицу в иерусалимском районе Писгат-Зеэв в честь Моше Крауса. Состоялась торжественная церемония открытия улицы имени Моше (Миклоша) Крауса.На ней выступили мэр Иерусалима Нир Баркат, Элиэзер Шкеди, отец которого был спасен Краусом, д-р Аяла Надиви, Мэр Иерусалима Нир Баркат, сделавший все для того, чтобы эта улица была подготовлена к церемонии в кратчайшие сроки, сообщил в своем выступлении, что считает огромной честью для себя оказать содействие к возвращению Крауса в историю.

«Сегодня мы делаем первый шаг к увековечиванию Моше Крауса – человека, перед которым мы в огромном долгу, еврея, совершившего небывалый подвиг по спасению своих соплеменников. Этот иерусалимец, которому обязаны своей жизнью десятки тысяч людей, умер одиноким и всеми забытым. Я благодарен Иерусалимской мэрии и Ниру Баркату за отклик на нашу просьбу по восстановлению исторической справедливости», - заявил Нахи Аяль.

В связи с открытием улицы Моше Крауса в Иерусалиме, 25 августа радиостанция «Коль Исраэль» подготовила к эфиру специальную программу, в которой Моше Краус был назван «еврейским Шиндлером».

…Какие красивые дома на этой улице! Амфитеатром спускаются они с окрестных холмов, повторяя их очертания. Этажи-террасы, этажи-ступени. Какие красивые дома еще будут на ней построены на этой улице! Как хорошо, что мы дожили до появления на карте этой улицы. Дай Б-г, доживем и до того дня, когда будут переименованы улица Кастнера в Тель-Авиве и парк Кастнера в Хайфе.

4.2016

Другие статьи А. Казарновского



TopList Rambler Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.

Hosting by Дизайн: © Studio Har Moria